Читаем Соня Тихомирова полностью

Трое ребят слушали и молча переглядывались. Не зная что делать и как себя вести, они сами с трудом понимали, что вокруг них происходит. Взаправду ли это происходит – реально или нет? Несмотря на то что все указывало на то, что нереально, ребята стали задаваться этим вопросом все чаще.

– Не молчите, – обратился к ним тогда незнакомец. Задавайте свои вопросы – на все отвечу.

Но стоило только Тихону собраться было с вопросом, как все стеклянное пространство под ним зашаталась.

– Что это? – Воскликнул сразу он и незнакомец, приложив палец к губам, зашипел:

– Тсс! Сейчас будет самое волнительное. Мы с вами приближаемся к абстрактной полосе.

– Приближаемся к чему? – Воскликнул Тихон. К абстрактной поло..– Тут он уже не договорил и застыл, разинув рот. Соня с Надей, боясь пошевелиться, в ужасе заморгали глазами. Кот поджал хвост и забился.

Пространство, которое было видно им сквозь стекло, сначала помутнело, а затем почернело. Позади них, окруженная светом, показалась покинутая ими планета.

На мгновение в помещении воцарилась лёгкая невесомость, всех пассажиров слегка приподняло и затем плавно опустило на место.

Соня, вздрагивая от страха быстро успокоилась и поймала себя на мысли, что всё, что до этого момента казалось ей странным и пугающим теперь стало казаться ей привычным и знакомым. Оглядевшись, она впервые за все это время почувствовала, что все её тревоги проходят и смогла наконец-то хорошенько разглядеть окружающие её лица. Тихон, в силу своего ещё юного возраста, имел детские черты: маленький почти незаметный нос, большие на пол лица глаза и округлые щеки, а Надя, независимо от своего возраста, наоборот, черты более взрослые: вытянутые лицо и нос, небольшие глаза и как будто бы высушенные, чётко очерченные линии губ. Незнакомец же в отличии от них с трудом поддавался какому-либо описанию: глаза его были не слишком большие и не слишком маленькие, нос не слишком прямой и не слишком вздернутый, форма лица не слишком вытянутая и не слишком округлая, а общие черты не слишком резкие и не слишком плавные – не то детские, не то взрослые.

Соня долго глядела на него в упор и во взгляде её читалось замешательство. «Объясните мне, что происходит» – безмолвно спрашивала она. Незнакомец, заметив это, улыбнулся и спросил:

– Ну, и как ОНО?

– Что? – Вновь безмолвно отозвалась Соня.

– То, что происходит.

– А что происходит?

– Нечто по-настоящему необычное, чудесное и волшебное, – безмолвно отозвался незнакомец.

Прежде чем отвечать на следующие вопросы ребят он представился и назвал свое имя. Вначале вышло коряво:

– ЛГМФТМАТЬЮК

– Что? Как?

Невразумительно.

– ПГАРППРПРОП

Невразумительно.

Повторив в третий раз, незнакомец остановился и ребята разобрали сказанное каждый по-своему:

Соне послышалось – Фрол

Наде – Глеб

Тихону – Матвей.

Следом представились ребята.

– А это Царапка, – сказала Надя, погладив кота.

Тот ей откликнулся.

Познакомившись друг с другом таким причудливым образом, четверо ребят и с ними кот оказались теперь в не менее причудливом месте. Впереди них – космос, позади них – космос, вокруг них – космос – такой чёрный-причёрный, звёздный и необъятный. Незнакомец – то ли Фрол, то ли Глеб, то ли Матвей – весь ликовал и светился.

– Теперь, – обратился он к своим слушателям, – у вас уже не возникает сомнений в честности и правдивости моих слов? С этого момента и до конца полёта я буду вас сопровождать. Как только вы прибудете к месту своего назначения я вас покину. Когда вы окажетесь на своих планетах моё присутствие вам больше не потребуется.

– Вы сказали «на своих планетах»? – Обращаясь к незнакомцу на «вы», переспросил его Тихон, не дослушав.

– На каких планетах? – Переспросила Надя.

– На своих. Тихон пожал плечами.

– На своих, – подтвердил незнакомец. Не на той, что мы покинули, а на одной из ранее мной названных – на планете Чу, планете Ди, планете Эм, планете Ир. Каждый сам делает выбор и сам решает на какой из планет побывать.

Трое ребят снова быстро переглянулись. Каждый из них хотел увидеть реакцию другого и каждый из них отреагировал по-разному.

Надя возмутилась: с какой стати она должна куда-то лететь и что-то выбирать?

Тихон, наоборот, воодушевился и обрадовался услышанному. Путешествие к неизвестным ему планетам и возможность улететь куда-нибудь далеко-далеко – что может быть чудеснее и волшебнее?

Соня, глядя на них, растерялась. В чем-то она разделяла чувства Тихона. В чем-то признавала справедливость возмущения Нади.

– Может, там мне удастся найти своих родителей? – Подумала она. Мысль эта ей понравилась и она определилась.

Кот же, и вовсе ни на кого не глядя, думал о своём – наверное, о чем-то кошачьем.

– Все случилось именно так, как и должно было случиться, – заверил их незнакомец. Раз вы оказались именно здесь, а не где-то, значит, в этом был смысл? Слова его прозвучали неуверенно – не то утверждением, не то вопросом. Он задумался и, не договорив, махнул рукой.

– К чему это я? – Звонко выпалил он. К чему слова? Вы лучше оглядитесь по странам. Поглядите какая здесь красота!

Перейти на страницу:

Похожие книги

Пока нормально
Пока нормально

У Дуга Свитека и так жизнь не сахар: один брат служит во Вьетнаме, у второго криминальные наклонности, с отцом вообще лучше не спорить – сразу врежет. И тут еще переезд в дурацкий городишко Мэрисвилл. Но в Мэрисвилле Дуга ждет не только чужое, мучительное и горькое, но и по-настоящему прекрасное. Так, например, он увидит гравюры Одюбона и начнет рисовать, поучаствует в бродвейской постановке, а главное – познакомится с Лил, у которой самые зеленые глаза на свете.«Пока нормально» – вторая часть задуманной Гэри Шмидтом трилогии, начатой повестью «Битвы по средам» (но главный герой поменялся, в «Битвах» Дуг Свитек играл второстепенную роль). Как и в первой части, Гэри Шмидт исследует жизнь обычной американской семьи в конце 1960-х гг., в период исторических потрясений и войн, межпоколенческих разрывов, мощных гражданских движений и слома привычного жизненного уклада. Война во Вьетнаме и Холодная война, гражданские протесты и движение «детей-цветов», домашнее насилие и патриархальные ценности – это не просто исторические декорации, на фоне которых происходит действие книги. В «Пока нормально» дыхание истории коснулось каждого персонажа. И каждому предстоит разобраться с тем, как ему теперь жить дальше.Тем не менее, «Пока нормально» – это не историческая повесть о событиях полувековой давности. Это в первую очередь книга для подростков о подростках. Восьмиклассник Дуг Свитек, хулиган и двоечник, уже многое узнал о суровости и несправедливости жизни. Но в тот момент, когда кажется, что выхода нет, Гэри Шмидт, как настоящий гуманист, приходит на помощь герою. Для Дуга знакомство с работами американского художника Джона Джеймса Одюбона, размышления над гравюрами, тщательное копирование работ мастера стали ключом к открытию самого себя и мира. А отчаянные и, на первый взгляд, обреченные на неудачу попытки собрать воедино распроданные гравюры из книги Одюбона – первой настоящей жизненной победой. На этом пути Дуг Свитек встретил новых друзей и первую любовь. Гэри Шмидт предлагает проверенный временем рецепт: искусство, дружба и любовь, – и мы надеемся, что он поможет не только героям книги, но и читателям.Разумеется, ко всему этому необходимо добавить прекрасный язык (отлично переданный Владимиром Бабковым), закрученный сюжет и отличное чувство юмора – неизменные составляющие всех книг Гэри Шмидта.

Гэри Шмидт

Проза для детей / Детская проза / Книги Для Детей
Маленькая жизнь
Маленькая жизнь

Университетские хроники, древнегреческая трагедия, воспитательный роман, скроенный по образцу толстых романов XIX века, страшная сказка на ночь — к роману американской писательницы Ханьи Янагихары подойдет любое из этих определений, но это тот случай, когда для каждого читателя книга становится уникальной, потому что ее не просто читаешь, а проживаешь в режиме реального времени. Для кого-то этот роман станет историей о дружбе, которая подчас сильнее и крепче любви, для кого-то — книгой, о которой боишься вспоминать и которая в книжном шкафу прячется, как чудище под кроватью, а для кого-то «Маленькая жизнь» станет повестью о жизни, о любой жизни, которая достойна того, чтобы ее рассказали по-настоящему хотя бы одному человеку.Содержит нецензурную брань.

Ханья Янагихара , Евгения Кузнецова , Василий Семёнович Гроссман

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Самиздат, сетевая литература / Современная проза / Детская проза