Читаем Солнце и пламя полностью

— А давайте ее к нам в лес спровадим? — предложил вдруг Мартин. — Почему нет? Лето на носу, самое то выходит. Свежий воздух, чужие там не ходят, да и с молочком сложностей не возникнет. Я своим людям скажу, они все, что надо, для нее добудут. Ну и вообще присмотрят.

— Так-то до твоих лесов куда ближе, чем до Халифатов, — задумчиво произнес Гарольд. — Дней десять мы на этом потеряем, не более.

— Вообще ничего не потеряем, — отмахнулась Фриша. — Мы не одни приехали, милях в трех отсюда дюжина крепких парней осталась. Мы же не знали — прибудет кто из вас сюда, нет, потому взяли с собой бойцов, чтобы, значит, если что — не с пустыми руками домой вернуться. Через два дня обоз одного купца по дороге из Талькстада пойдет, он шелк везет в Форнасион на продажу. Толстопуз этот ученый уже, владения наши обогнул по дуге, подлюка такая, но это не значит, что ему не придется заплатить лесную пошлину.

— Шелк — хороший товар, — заметила Рози. — Дорогой.

— Именно, — подмигнула ей Фриша и рассмеялась.

— Я останусь с Люсиль, — заявила вдруг Миралинда. — Хоть кем меня считайте, хоть что думайте. Не могу я ее чужим людям отдать. А если она заболеет? Или еще что-то случится? И потом — я Луаре обещание дала, его исполнять надо.

Магдалена кинула на подругу короткий взгляд, но говорить ничего не стала. Промолчала.

— Правильное решение, — одобрил ее слова Мартин, а после и Гарольд согласно кивнул. — Опять же, моим парням поможешь кое в каких вопросах. Насколько я помню, ты неплохая лекарка?

— Разумно, — решил влезть в разговор и я. — Так нам всем спокойнее будет.

Отличный вариант. Отличный. А то я уж и не знал, что дальше делать стану. Отцовские чувства к этому ребенку в моей душе так и не проснулись, но свою долю ответственности за его существование я при всем этом собирался нести честно. Вот только эта доля лежала в стороне от тех путей, которыми отправятся мои друзья, и этот факт мне очень, очень не нравился. А тут все так чудно складывается. Да и присмотрит Миралинда за маленькой Люсиль точно лучше, чем я.

— Мартин, надо будет ребятам сказать, чтобы они ее на дальней заимке поселили, у больших оврагов, — предложила Фриша. — Места там глухие, не зная дороги, никто не доберется. В лагере ей делать нечего. Да и… Ну, ты понял?

— «Да и…» — что? — уточнила Эбердин.

— Никто не любит обнаруживать в своем кармане чужую руку, — неохотно ответил Мартин. — Линдус от этого тоже не в восторге. Тем более что мы не только грабили, но и убивали. Много убивали. Купцов там, маркитантов, стражников наемных не трогали, если те сами не нарывались. Кровь лить — дело нехитрое, но если палку перегнуть, то добра не жди. Да и смысл? Тут больше себе навредишь, чем кому другому. Это как с лисой получится — если она слишком часто наведывается к крестьянину в курятник, то рано или поздно у ее норы задымятся костры. Но вот имперцев не жалели, сразу под нож пускали.

— А потом, с месяц назад, нарвались на обоз-«обманку», — невесело пробасил Жакоб. — Здорово тогда нас потрепали.

— Верно, — вздохнул Мартин. — Я ни на секунду не заподозрил ловушку. Всегда был осторожным, а тут… Короче — все бы ничего, но там помимо гвардейцев Линдуса еще и маги оказались. Аж целых четыре!

— Ого! — гукнул Фальк. — Хорошо за вас взялись.

— На наше счастье, маги были не из лучших, — добавила Фриша, сплюнув. — Так, вчерашние ученики, без военного опыта, нам в подметки не годятся. Но две дюжины наших парней уложить успели, прежде чем мы их схомутали.

— Да, потрепали тогда шайку, — вздохнул Мартин, почесывая подбородок. — Единственный плюс — много чего эти маги порассказали перед тем, как мы их прикончили.

— Как птички щебетали! — подтвердила Фриша и облизала губы розовым язычком. — Нет, сначала молчали, героев разыгрывали, но я потом с ними поговорила: одного из четырех на глазах остальных выпотрошила, как свинью, и так они запели, так запели!

— Чего она с ними творила! Даже мне не по себе стало, — громко шепнул Карлу Жакоб. — Кровищи было ужас сколько!