Читаем Солнце и пламя полностью

— Именно. — Воин отсалютовал ей бокалом. — Форнасион — очень старый город, он не то что Век смуты помнит, ему… Не знаю я, сколько ему лет, но сильно много, потому, как и все старые города, он изрыт подземными ходами и тайными лазами. И именно воры знают большинство из них, включая те, о которых все давно забыли.

— Пока все выглядит стройно и красиво, но ты уверен, что Форсез не в курсе того, что в резиденцию можно попасть не только с улицы? — поинтересовалась у воина Рози. — Может, он этот тайный лаз давным-давно обнаружил?

— Целиком и полностью не поручусь, — парировал ее выпад Агриппа. — Но один из местных старших воров заверил меня, что это не так. Они года два назад через него в это здание уже лазали, из орденской темницы одного своего выручали. Сработали чисто, без крови, ушли тихо. Через пару месяцев он туда пару своих подручных отправил, хотел проверить — нашли их отнорок или нет? Ясно же, что чернецы, обнаружься лаз, непременно его заделали бы: зачем им такое надо? Но все оказалось в порядке.

— Хорошо, туда мы проникнем. — Глазки Фриши заблестели. — А там как? Где Люсиль содержат, какая у нее охрана?

— Так мой недавний собеседник из числа подручных Форсеза мне все рассказал. Второй этаж, правый коридор, угловая комната, — охотно ответил ей Агриппа. — Охраны никакой нет — чего стеречь ребенка, который ходить-то толком еще не научился? Спасибо, что кормить не забывают. Другое дело, что на этом этаже, помимо нужного нам помещения, еще девять комнат, в которых живет куча народу. А мы все же не воры, мы тихо ходить не умеем и замки ловко вскрывать не обучены.

— Ты хочешь нанять того, кто дал тебе информацию? — уточнила Рози. — Я верно поняла?

— Придется, — кивнул Агриппа. — Сами мы с этим не справимся.

— А ты ему веришь? — спросил я. — Даже не так. Точно ему можно довериться?

— Ему — да, — кивнул воин. — В первую очередь потому, что он орден очень сильно ненавидит. Те его сестру сожгли лет десять назад. Плюс он получит от меня кое-что, крайне ему необходимое. Давно выпрашивает, да я все тянул, а теперь чего, теперь и отдать можно.

Интересно, о чем речь идет? Но спрашивать не стану, я Агриппу знаю: если сразу не сказал что к чему, значит, не хочет этого делать.

— Кто-то из девушек должен будет пойти с ним наверх, — тем временем продолжил воин. — Ну, девчушку опознать, на руки ее взять, чтобы не плакала, и так далее… Вы хоть и магички, но все же женщины, детишки это чуют.

— Я пойду, — тут же вызвалась Фриша. — Мне это ремесло знакомо, так что и на подхвате могу поработать.

— Ну а мы будем ждать внизу. — Агриппа развернул пергаментный свиток, который достал из кармана штанов. — Вот, я тут с его слов зарисовал схему здания, так что смотрите…

Конечно, все это было попросту авантюрой, непродуманной и поспешной, но другого пути у нас не было, и все это отлично понимали. Потому уже этой же ночью мы, пройдя через какие-то кривые ходы и тоннели, в которых смрадно воняло, оказались в огромном подвале очень старой постройки.

— Тут в древние времена храм стоял, — пояснил Зорго, тот самый вор, о котором говорил Агриппа, и закрепил факел в специальном гнезде. — Его снесли после Века смуты, а подвальчик-то остался, причем те, кто после строил нынешнее здание, про него и знать не знают.

Был он немолодым, жилистым, обладал грубыми чертами лица и таким же характером. С нами общался только через Агриппу, и это, по сути, была первая фраза не по делу.

— Лихо, — тоном знатока заметила Фриша. — А лаз внутрь еще при постройке нового здания проделали или позже?

Зорго промолчал, как видно не желая раскрывать цеховые секреты. Вместо ответа он сбросил с себя на пол легкую шубейку из меха неизвестного мне зверя, проверил, легко ли ходит нож в ножнах, поцеловал амулет, висящий у него на шее, и, ступая неслышно, словно по воздуху, отправился в другой конец зала, где вскоре совсем негромко скрипнул рычаг и раскрылся черный зев лаза.

— Ждите. — Фриша сунула в руки Рози свою саблю, отцепив ее от пояса, а после щелкнула меня по носу. — Мы скоро. И все-таки — надо было Фалька с собой взять. Обиделся он сильно, теперь долго будет на нас дуться!

Это верно, Карла мы все же уговорили с нами не ходить. Он, естественно, возмущался, пытался доказать, что все не правы, а он прав, демонстрировал, что рана его совершенно не беспокоит и он запросто может обходиться без костыля.

В роли последнего, кстати, выступал посох мастера Гая, к которому рукастый Эль Гракх приспособил полукруглое навершие с легким изгибом, чтобы Карлу было сподручнее ходить. Опять же — теперь никто эту штуку за магический предмет не примет. Обычная палка, с которой странники по дорогам бродят, и только.

Так вот — Фальк долго разорялся, а когда окончательно понял, что ему с нами не идти, смертельно разобиделся и ни с кем больше не разговаривал.

— Странное место, — сказала Рози, взяв меня за руку. — Что-то в нем есть неправильное, но что именно — понять не могу.

— Да просто ты сама себя накручиваешь, — возразил ей Эль Гракх. — Нервы, де Фюрьи. Это все нервы. Я сам как на иголках стою.