Читаем Солнце полностью

Он отошёл от кайфа телекинеза примерно через четыре часа после начала нашего трансатлантического перелета в Лэнгли, Вирджиния. К счастью, Балидор предупредил меня, что у Ревика может быть очень жёсткий отходняк, иначе я была бы в шоке, когда его настроение и свет резко изменились.

Вскоре после того, как мы закончили групповую проверку, лидер Адипана послал сигнал в мою гарнитуру, сделав послание приватным.

Увидев сообщение, которое он приложил к сигналу, я нахмурилась.

«ЗАПРАШИВАЮ ПРИВАТНЫЙ КОНТАКТ, — говорилось там. — ПРЕДЛАГАЮ СУБВОКАЛКУ».

Всё ещё хмурясь, я глянула на Ревика, который по-прежнему держал меня за руку, но говорил с одним из новых видящих на сиденье рядом с ним. Поколебавшись долю секунды, я переключилась на субвокалку, затем набрала приватный ID Балидора, вызвав виртуальный экран.

Лидер Адипана ответил сразу же.

— Я просто хотел предупредить тебя насчёт Ненза, — сказал он, говоря натянуто, но быстро, будто не был уверен, не брошу ли я трубку. — …Мне пришлось накачать его большим количеством света. Чтобы обрушить Базилику и все те пещеры внизу, ему понадобилось много, — добавил он, не ожидая моего ответа. — Чертовски много, Элли. Те стены были толщиной почти два метра в некоторых местах. Ему пришлось взорвать их изнутри. Я никогда в жизни не направлял столько света в одного видящего. Чёрт, да я не направлял столько света в целые эскадроны своих людей.

Поколебавшись, Балидор добавил:

— Он также настоял, чтобы мы нашли и убили все тела Менлима. Ну… все, за исключением одного, которое я убедил его взять с нами. Он потратил достаточно много света, убеждаясь, что эта цель достигнута. Он уничтожил всё их биологическое вещество, чтобы нельзя было извлечь образцы. Он также отыскал образцы в генетических хранилищах — не только для клонов Менлима, но и для всех клонов его самого, и биологическую материю, которая у них имелась на тебя. Затем он разрушил каждую конструкцию, которая имела в себе отголосок Дренгов. И всех эмбрионов, которые мы нашли.

Слегка поморщившись от образов в свете Балидора, я кивнула.

— Ладно, — сказала я. — Он в порядке?

— Он в норме. Но сейчас он практически под кайфом от света. И просто от применения телекинеза, я подозреваю. Но до того, как мы доберёмся в Штаты, у него начнётся отходняк; скорее всего, в следующие три-четыре часа. Скорее всего, его эмоции будут нестабильными. Думаю, большая часть его деяний за сегодняшний день ещё не отложилась в его сознании. У него была ослепительная улыбка на лице, пока он уничтожал армейские бараки в Ватикане. Он постоянно твердил мне, как прекрасно посылать все эти души «домой». Возможно, после отходняка он иначе посмотрит на вещи…

К тому времени я уже сообразила.

Теперь я полностью понимала, что пытался сказать мне лидер Адипана.

— Поняла, — перебила я. — Я всё понимаю, 'Дор. Спасибо за предупреждение.

— Дай нам знать, если понадобится помощь, — сказал Балидор. — Я не знаю, насколько сильными бывают эти отходняки. Я мало имел с ними дело.

— Я разберусь, — я послала ему импульс тепла. — Спасибо, 'Дор. И за то, что вытащил его оттуда живым. Я знаю, что в таком состоянии с ним приходится нехило нянчиться.

Лидер Адипана фыркнул.

— Скажем так, теперь я понимаю, почему Менлим всегда приставлял к нему несколько кураторов, — помедлив, он добавил: — Знаешь, ты никогда не рассказывала мне, каково это. Полагаю, ты тоже становишься такой, когда используешь телекинез. Я знаю, что…

Он поколебался, оборвав себя на полуслове.

У меня сложилось отчётливое впечатление, что он собирался упомянуть Касс.

— …Вы, элерианцы, как будто наполовину развоплощаетесь, чтобы творить телекинез, — продолжил он мгновение спустя. — Вы оставляете большую часть своего тела позади, хоть и используете его материальность как своеобразный якорь и канал, который трансформирует свет в материю. Должен сказать, с технической точки зрения это поистине поразительно. Но, похоже, это помещает вас в совершенно иную реальность, возможно, схожую с религиозным трансом…

Я рассмеялась. Не сумела сдержаться.

— Это такой вежливый способ сказать, что это делает нас чокнутыми, 'Дор? — поддразнила я. — Всё хорошо, ты можешь это сказать. Это делает нас рехнувшимися. И не супер-надёжными.

— Это подобно наркотику, не так ли?

— По сути, да, — призналась я. — Проблема в контроле. Сохранять сдержанность — это серьёзная проблема. Сложно смотреть на вещи логически. Ещё сложнее видеть вещи так, как они проявятся здесь, внизу. Смерть реально выглядит иначе в том пространстве, — помедлив, я добавила. — Вот почему я потеряла контроль в Бразилии. Ревик осыпал меня комплиментами за то, что я лучше контролировала себя, чем он в начале пути, но правда в том, что я практически истратила все силы перед тем, как остановилась.

— Ах.

Я ощутила, как на Балидора снизошло иное понимание.