Читаем Солнечный рубеж. Бином полностью

– Не знаю, я тоже, как и ты, – сказал Турал, высматривая автомастерскую, где когда-то работали старшие Аслановы. – Наверное, опять политика. Вечером звонил советник консула и сказал, чтобы через сутки мы были в Нью-Йорке. Я поэтому предложил тебе приехать: боюсь, нас обратно в Штаты уже не пустят, и другой возможности приехать сюда нам не представится.

Безмолвную тишину осеннего кладбища нарушал шелест листвы и гул заоблачных авиалайнеров. Турал стоял у могилы матери, держа в руках цветы. На участке земли, отделённом от остальной территории кладбища кованым ограждением, ничего не изменилось. Все те же три могильные плиты, с детства отпечатанные в сознании, безропотно ждали его последние двадцать два года. Участок вокруг них был ухожен: не видно было ни гниющей листвы, ни растущих сорняков. Эмин платком протирал пыль с чёрных мраморных плит.

Они разложили цветы на могилы матери и деда, затем Турал положил два цветка на безымянную плиту, на которой не было ни надписей, ни QR-кода.

– Знаешь, чья могила? – спросил Эмин.

– Нет, дед купил участок ещё при жизни, наверное, могила кого-то из его родственников.

– Ас-саляму алейкум, – послышалось из-за ограды.

У калитки, держась за решётку ограждения, стоял щуплый старик с загорелым продолговатым лицом, одетый в чёрную стёганую куртку с закатанными до локтей рукавами, и держал на плече садовые грабли.

– Здравствуйте, – ответил Эмин.

– Я заметил, вы искали чью-то могилу, но, кажется, уже нашли, – сказал старик, заходя за ограду.

– Да, нашли. Спасибо, – попытался избавиться от любопытного старца Турал.

– Сюда много лет никто не приходил, – прохрипел старик, прислоняя грабли к ограде, – только адвокат приезжает каждый год, читает молитвы из Корана.

– А кто ухаживает за могилами? – спросил Эмин.

– Я ухаживаю, не бесплатно, конечно. Адвокат довольно щедрый человек.

– А почему адвокат, он вам так представился?

– Да, он второй. До него был другой. Лет двадцать назад федералы пригнали сюда экскаватор, хотели вскрыть эту могилу, – старик указал на безымянную плиту. – У них на руках было решение суда об эксгумации. Тогда и появился тот, первый, и не один. Он привёл сюда два десятка мусульман. Здесь такие страсти кипели – настоящий пикет был! Они не позволяли осквернить могилу, дело до драки дошло. Многих арестовали, но за это время сюда ещё больше народу подтянулось. А потом в новостях показывали этого человека. Он оказался адвокатом семьи и добился отмены решения суда, доказав, что могилы находятся на территории частного земельного участка, принадлежащего супруге одного из покойных. Так что у нас в штате закон хорошо охраняет частную собственность.

Эмин с Туралом переглянулись, не решаясь спросить.

– Вижу, что вы не чужие, – сказал старик. – Но я тоже не знаю, кто в этой могиле. Братья, когда заказывали плиту, говорили, что могила старая и имени они не знают. Думаю, адвокат тоже не знает, перед молитвой имени усопшего он не упоминает, хотя это неправильно.

По тропинке вдоль ограды прошла женщина в зелёном плаще, с тёмным платком на голове. Окинув их из-под темных очков оценивающим взглядом, быстрыми шагами направилась в сторону ворот кладбища.

– Это жена нашего шерифа. Настоящая су… – глядя ей вслед, произнёс старик. – Тут у них сын похоронен.

– А та камера слежения работает? – спросил Турал, указывая на белый столб поблизости.

– Да, её периодически обслуживают.

– Нам пора, спасибо большое, – поблагодарил его Турал и торопливо пожал ему руку.

– Рад был поболтать, молодые люди, – не отпуская его руки, ответил пожилой смотритель. – Усопшие – народ необщительный, только слушать умеют. Но им все равно приятно, когда их навещают, – и, посмотрев ему в глаза, добавил: – Я помню твоего отца – у тебя его глаза.

Выйдя за ворота кладбища, они заметили ту же женщину. Она стояла перед их автомобилем и фотографировала номерной знак. Увидев их, она поспешила сесть за руль припаркованного рядом автомобиля. Через мгновение её кроссовер сорвался с места и уехал прочь.

– Лучше нам поторопиться, – сказал Эмин, отмахиваясь от поднявшейся пыли. – Надо вернуть машину и успеть на рейс до Нью-Йорка.

Не теряя времени, они запрыгнули в авто, покинув парковку через двадцать минут выехали на автостраду. Хмурый небосклон затянулся ширмой сумеречного полога из серо-свинцовых туч. С неба посыпалась морось, выбрасывая на стекло мелкие бисеринки.

Эмин остановился на заправке, Турал, выходя, спросил:

– Тебе в магазине что взять?

– Холодный чай, – бросил Эмин.

Минут через десять Турал вернулся с пакетом бутылок. Отъезжая от заправки, Эмин спросил:

– Что так долго?

– Просто, – оглядываясь назад, бросил Турал. – Там один покупатель на меня уставился, как будто привидение увидел. Я у него спросил, всё ли с ним в порядке, а он отпрянул от меня как от прокажённого.

– Может, сумасшедший? – предположил Эмин.

– Да нет, по виду не скажешь, выглядел прилично. Не нравится мне это, и та женщина на кладбище тоже странная.

– Помнится, пару часов назад ты меня параноиком называл, – усмехнулся Эмин. – А что теперь с тобой?