Читаем Сокровища Ирода полностью

Дождь усилился, Марина накинула капюшон и пошла по улице, чувствуя, как мелкие капли секут по щекам. Ей это было приятно.

– А тебе тут звонили! – сказала Ленка Соловьева, запуская ложку в баночку с протертыми яблоками. – Мужской голос, очень приятный… Смотри, судьбу свою прогуляешь…

Марина разглядывала свое лицо в маленьком зеркальце. Волосы от влаги слега вились, глаза блестели таинственно, губы улыбались. «Неплохо! – подумала она. – И самое время поговорить с обладателем приятного мужского голоса!»

Телефон зазвонил снова, на этот раз она сама сняла трубку. Голос и правда был хорош – звучный, уверенный баритон.

– Мне нужна Марина Сокольская, – сказал голос, и когда ему ответили утвердительно, произнес после некоторого молчания: – Меня зовут Матвей, Матвей Ковалев.

– Вы… – От неожиданности голос у Марины дрогнул.

– Я – муж Ларисы.

Ну да, пронеслось в голове у Марины, фамилия Ларисы, ее так ужасно погибшей соседки по номеру, была Ковалева. И мужа ее, кажется, звали Матвей, что-то она говорила – Мотька, Мотька…

– Извините, что беспокою… – продолжал Матвей, – но мне нужно с вами встретиться… Я не могу настаивать, но очень, очень прошу! – Теперь уже его голос дрогнул.

– Конечно, конечно, раз вам нужно… – заторопилась Марина, – если я как-то могу помочь…

– Тогда я буду ждать вас сегодня после работы, – сказал Матвей, – в шесть, в полседьмого?

– А как вы меня узнаете? – спохватилась Марина.

Голос, конечно, был очень приятный, но мама с детства предупреждала, что нельзя вступать ни в какие отношения с незнакомцами. Мало ли, что он сослался на Ларису, сказала бы мама, ее уже и на свете нет, она ничего подтвердить не сможет.

Матвей понял намек.

– Простите, я не в себе последнее время, не объяснил ничего, – сказал он виновато, – ваш рабочий телефон мне дали в турфирме, а вас я узнаю по фотографиям Ларисы.

Марина вспомнила, как Лариса любила фотографировать. Фотоаппарат у нее был всегда при себе.

– Как, разве ее уже… разве она уже здесь? – растерянно пролепетала Марина.

– Нет, но вещи прислали с вашим самолетом.

– Везет же некоторым, – заметила Ленка Соловьева, наблюдая, как Марина стоит с ошалелым видом, прижимая к груди пикающую трубку, – сразу, не отходя от кассы, свидание назначила, а тут сидишь…

«Дура!» – подумала Марина.

Она увидела его сразу – крепкий подтянутый мужчина стоял напротив входа в офис. Несмотря на мокрый снег, валивший с небес, мужчина был без шапки, и дорогая куртка с воротником из щипаной норки была расстегнута.

– Марина! – окликнул он и сделал шаг в ее сторону.

Она вдруг почувствовала неуместную радость оттого, что сотрудники идут с работы толпой и кто-нибудь обязательно заметит, что ее встречает такой интересный мужчина.

Мужчина и вправду был хорош – длинное породистое лицо, чисто выбритые смуглые щеки. Волосы у него были темные, без намека на седину, взгляд уверенный. На миг Марину удивила его смуглая кожа, уж слишком загорелым он выглядел для унылой петербургской зимы. Ну, может, из Египта вернулся только что…

– Я так рад, что вы согласились! – Матвей взял Марину за руку. – Я вас прошу уделить мне немного времени, просто расскажите мне про последние дни Ларисы. Ведь вы были с ней ближе всех…

Как можно отказать в такой просьбе человеку, только что потерявшему жену? Тем более Марина и не собиралась ему отказывать. Наоборот, ей хотелось посидеть с ним где-нибудь в уютном тихом месте, поговорить спокойно, утешить, если это в ее силах… А то даже соболезнование человеку не выразила!

Марина спокойно села в его машину, хотя мама строго-настрого велела ей никогда этого не делать. Но мамины акции за последнее время, если можно так выразиться, упали ниже плинтуса, мама не делала попыток вызвать дочь на откровенность, а все ее воспитательные монологи Марина пропускала мимо ушей.

Они проехали несколько кварталов, и Матвей остановил машину возле приличного кафе. Когда сели за столик, он протянул Марине пачку фотографий. Было очень странно рассматривать снимки, зная, что человека, на них изображенного, нет в живых. Марина отметила машинально, что получилась, как всегда, неважно, и отдала пачку Матвею.

– Это вам, – сказал он, – на память. У меня есть еще.

– Мне жаль вашу жену, – сказала Марина и отважилась погладить его по руке. – И спасибо вам за снимки!

Она глотнула очень горячий кофе и подумала вдруг, для чего Матвей ее пригласил. Отдать фотографии? Но это по меньшей мере странно. У человека жена еще не похоронена, а он печатает фотографии, чтобы отдать их незнакомой женщине.

– Что я могу для вас сделать? – спросила Марина.

– Расскажите о последних днях Ларисы…