Читаем Сокровища Ирода полностью

В какой-то момент граф остановился, вспомнив, что он – рыцарь из знатного рода, которому негоже отступать перед врагом, а тем более – убегать, подобно зайцу. Он повернулся лицом к преследователям, достал из ножен тяжелый меч и приготовился к битве…

И тут же проснулся в смутной тревоге.

Стоял самый глухой, самый мрачный час ночи, час между третьей и четвертой стражей, когда неодолимый сон смежает очи самых бдительных часовых.

Граф приподнялся на постели, пытаясь понять, что его разбудило.

И почти сразу расслышал за окном, во внутреннем дворе генуэзской цитадели, тихие, крадущиеся шаги нескольких человек. В следующую секунду он услышал звук еще более тревожный – лязг железа.

Всякие сомнения тут же отпали – к его окну приближались вооруженные люди.

Граф бесшумно соскользнул с постели, нашел в темноте свой меч и подкрался к окну. Встав сбоку от него, чтобы его силуэт не был заметен на фоне окна, граф замер и превратился в слух.

Снова он услышал крадущиеся шаги, а затем до его слуха донесся взволнованный шепот:

– Прошу вас, милостивые господа, пощадите его светлость графа!

Де Брасси узнал льстивую интонацию молодого генуэзца.

В ответ ему раздался хриплый, недовольный окрик на незнакомом языке, после чего другой голос негромко проговорил по-провансальски, но с сильным восточным акцентом:

– Откуда такое человеколюбие, мессир Сандрино? Ты получил свои деньги, провел нас к его комнате – и проваливай подобру-поздорову, дальше уж мы сами разберемся!

– Человеколюбие тут ни при чем, милостивые господа! – по-прежнему шепотом отозвался итальянец. – Его светлость граф – большой человек, близкий друг самого Балдуина Фландрского, а нам с отцом не след ссориться с крестоносцами… Если с графом что случится в нашем доме, нам трудно будет объяснить это господину Балдуину…

– Что ты за человек, Сандрино? – раздраженно перебил его собеседник. – Разве кто-то видел, как граф де Брасси вошел к вам в дом?

– Всегда найдется кто-то… сами знаете, люди любопытны и назойливы, видят то, чего не следует…

– А это уж твое дело! Ты взял деньги – так иди до конца! Что вы за люди, генуэзцы? Готовы за хорошие деньги продать отца родного, а потом начинаете ныть и канючить, как голодные гиены! Небось теперь тебе кажется, что ты продешевил! Проваливай, а то, не дай бог, разбудишь графа! Ты видишь – мой хозяин недоволен, еще минута – и он велит мне тебя прирезать!

– Не дай бог, милостивый господин! – вскрикнул генуэзец и припустил прочь.