Читаем Содержательное единство 1994-2000 полностью

Вторая идея намного существеннее, неизмеримо существеннее, неизмеримо важнее, неизмеримо острее. Это идея соединения через приоритет национального над классовым. То, что называется в выступлениях Зюганова геополитической оппозицией. Здесь существовали попытки выстроить внутренние связи. Однако возникло несколько тактических и организационных проблем, которые решены не были.

Первая проблема – это соотношение национального и буржуазного. Строго говоря, попытка выявить именно национальную версию коммунистической или социалистической идеи натолкнулась на отсутствие нации в строгом смысле этот слова. Я уже говорил о том, что нации – это формы выявления народами своего содержания, задаваемые правилами так называемой модернизационной игры. Нации – это субъекты модернизации, имеющие в своем духовном ядре протестантский или квазипротестанский тип связи между сущим и существующим, или, как говорят философы, между трансцендентным и имманентным.

Строго говоря, нации – это превращенные формы выявления народной идеи. Это ступени к смерти этой идеи, ибо идея народа держится на мощном духовном начале, на трансцендентном. А нации – есть способ организации совместного бытия при ампутации трансцендентных компонент этого бытия. Легко сказать, что этот процесс ампутации реализован именно буржуазией, но это было бы упрощением. Хотя и отрицать роль буржуазии в качестве вершителя и завершителя этой многовековой процедуры – тоже нелепо. Именно она подвела здесь итог, завершив "нациогенез" в Европе, Азии и Америке. Однако, на самом деле, имеет место ряд последовательных этапов. Я позволю пояснить это на следующем рисунке (см. рис.4).

Рис. 4. Выбор формы экспликации народной идеи на основе фундаментальной онтологической формулы типа связи Т с И

Любая народная идея, в том числе, и идея русская, выявляется двумя способами – апофатически и катафатически, от противного и, так сказать, напрямую. Все народы являют миру себя и свою идею как отрицательно (мы не есть то-то), так и утвердительно (мы есть то-то). Позитивный текст утверждения – что есть мы – имеет свой синтаксис и свою грамматику. (Мы есть то-то и то-то). Но помимо этого синтаксиса и грамматики крайне важен механизм развертывания текста в культуре. Конкретные утверждения могут изменяться, но фундаментальная онтологическая формула, порождающая эти тексты, тесно связана с сущностью народа, с ядром народного бытия. И, возможно, об этом писал поэт следующие строки:

Быть может, прежде губ уже родился шепот,

И в бездревесности кружилися листы,

И те, кому мы посвящаем опыт,

До опыта приобрели черты.

Уже в схеме, показанной на рисунке 4б, отражающей фундаментальную онтологическую формулу данного народа, содержится некоторая уступка Западу, которую я сразу же хочу скорректировать. Эта уступка содержится и в понятии системного анализа, (который мы часто используем). Системного – значит, выделяющего элементы и связи, предполагающего возможность вычленения неких кубиков типа тех, которыми я оперировал в предшествующей части.

На самом деле, в русской традиции и, особенно, в русской православной традиции, подобная аксиома делимости и связуемости вообще отсутствует. Поэтому точнее было бы сказать, что в русской культуре трансцендентное и имманентное связаны так, как это показано на рис. 4а, а не так, как это показано на рис. 4б.

Более того, целый ряд слов специально используется для защиты русской ментальности от вторжения внутрь культуры и языка подобной аксиомы делимости. В числе подобных слов важнейшее место занимают "ипостасность" и "ипостась". Ипостась – не есть вычленяемая из целого часть, это есть нечто другое, входящее в целое на других основаниях, так сказать, разлитое в нем, в этом целом и не выделяемое из него как отдельное от него без умерщвления. Так что схема, изображенная на рисунке 4б, не является абсолютной. Схема 4а – точнее. Однако и схема 4б работает в определенных пределах и, осознавая эти пределы, ее можно и должно использовать.

Механизмы связи между трансцендентным и имманентным, между сущностью и существованием весьма и весьма значимы. В культуре они усваиваются через множество так называемых базовых социокультурных кодов. Одним из кодов или операторов усвоения (этого соотношения между сущностью и существованием), является представление о Богочеловеке. Бог – трансцендентное – и человек – имманентное. Как они связаны?

В христианской традиции этот код самовоспроизводится через постулат о двойственной природе Христа. При этом неразделимо двойственная природа как раз и фиксирует неразрывность связи, (т.е. то, что связи нельзя строить отдельно от того, что вступает в связь). Уже дискуссия об исхождении Святого Духа, знаменитая и фундаментально значимая для нашей и не только нашей культуры дискуссия о Филиокве, играет здесь весьма непростую роль.

Католики любят подчеркивать один аспект данной проблемы, а именно принижение православными роли Сына, а значит, и человека, и человеческого.