Читаем Содержательное единство 1994-2000 полностью

Собственно, само это гримасничанье меня бы и не заинтересовало. Я хорошо натренирован по отношению к любым формам третирования в СМИ. И не питаю никакого желания стать любимцем публики. Но именно базовая эмоциональная реакция "заспинни-ков", мною и моими товарищами хорошо услышанная и внимательно проанализированная, заставила меня вообще начать с длинного описания перипетий вокруг отдельной журнальной статьи. Всем, кто затащил огромную страну и народ с колоссальными историческими заслугами в нынешнее ужасное состояние, следует учиться властвовать собой. И, сколько бы они ни "дергались", им (в той мере, в какой гражданская обеспокоенность в России все же сохранена) придется смириться с необходимостью откровенного разбора столь катастрофического полета.

Завершая обзор КПВ-4, могу констатировать, в чем состоит здесь главный парадокс. Отсутствие перехода из фазы КПВ-4/1 в фазу КПВ-4/2 превратило совершенно непригодную для самостоятельного задействования первую фазу в некий чуть ли не самодостаточный тип общественной жизни. На фоне грозненского позора, вызванного склокой элит и проектных модусов, Чубайс действительно превратился в значимую фигуру, ибо из "распорядителя проектного предбанника" стал распорядителем невозможного, но длящегося способа общественной жизни. Точнее, способа общественного умирания.

Некое недоумение на дне глаз Анатолия Борисовича свидетельствует о том, что подобный разворот событий не казался ему сколь-нибудь правдоподобным еще пару лет назад. Определенная приглядка в этой связи к тем или иным проектным модификациям говорит о том, что никакой окончательной и роковой заданности в крупных фигурах российской политики (а Чубайс, безусловно, относится к таковым) не существует. Но масштаб тупика, в который Россию загнали авантюристические сшибки проектов, столь велик, что никакими приглядками к тем или иным проектным основаниям дело здесь не спасешь, ибо в этом вопросе сегодня, как говорил поэт, уже "кончается искусство, и дышит почва и судьба". Так-то вот…

Оговорив данное обстоятельство и обозначив слабые сшибки КПВ-4 с другими (обобщенно евразийскими) начинаниями еще в конце 1992 и конце 1993 годов, я продолжаю разбор основных концептуально-проектных векторов.

КПВ-5. Еще более амбициозные проекты возрождения контрастной империи на обломках не только России, но и СССР. Здесь я вновь и вновь вынужден констатировать, что наибольшую угрозу сегодня представляет некий "как бы евразийский" проект, предполагавший сращивание тевтонского и исламского миров фактически при полном "обнулении" русского фактора. В целом же проекты из семейства КПВ-5 тоже можно и должно разделить на несколько разновидностей.

Разновидность первая (КПВ-5/1) – проекты, хотя бы формально предполагающие позитивное участие России в новых имперских сущностях (проекты "возрождения /иногда – "воскресения", чтобы подчеркнуть непохожесть на прежнюю новой русской личности/ и "вхождения").

Разновидность вторая (КПВ-5/2) – проекты, предполагающие сугубо негативное участие России в новом строительстве, то есть участие России через ее обновляющее мир "сжигание". Подобные проекты именовались "контринициатическими". Часто при этом говорилось о необходимом "жертвоприношении".

Подробно говорить о евразийстве вряд ли стоит, тем более что много уже было сказано в ходе разбора предыдущего КПВ. Внимания, пожалуй, заслуживают лишь несколько пока не до конца осознанных обстоятельств.

Во-первых, евразийство без дураков, хороня в Чечне своего национально-модернизационного оппонента, заодно угробило и себя. Это было чем-то вроде поединка Лаэрта и Гамлета у Шекспира. Только с той разницей, что сказать "Да будешь ты в моей невинен смерти, как я в твоей!" мог в данной ситуации только человек, преисполненный решимости к абсолютному извращению всей и всяческой правды. Тут уж скорее наоборот: "Да будешь ты так же виновен в собственной смерти, как и в моей!" Провозгласить после этого оптимистическое (при всем его онтологическом пессимизме) "дальнейшее – молчанье" тоже не представляется возможным.

Ибо на место евразийства без дураков, где очень сильный и утвердивший свою субъектность русско-православный имперский комплекс строит умно и грамотно свои отношения с исламом, пришло псевдоевразийство, при котором истоптанный и оскверненный (не без помощи некоторых архитекторов евразийства) "русский фактор" соблазняется под видом союза на некоторую онтологическую и политическую капитуляцию, выдаваемую за спасение. То есть на принятие ордынства без боя. Подробно история подобных махинаций разобрана в работе "Четвертый Рим или Вторая Орда?"

Во-вторых (что напрямую вытекает из уже зафиксированной ситуации), в нынешних условиях КПВ-5/1 и КПВ-5/2, которые в других ситуациях не были сопряжены друг с другом так прочно, как КПВ-4/1 и КПВ-4/2, становятся столь же прочно и двусмысленно сопряженными.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Knowledge And Decisions
Knowledge And Decisions

With a new preface by the author, this reissue of Thomas Sowell's classic study of decision making updates his seminal work in the context of The Vision of the Anointed. Sowell, one of America's most celebrated public intellectuals, describes in concrete detail how knowledge is shared and disseminated throughout modern society. He warns that society suffers from an ever-widening gap between firsthand knowledge and decision making — a gap that threatens not only our economic and political efficiency, but our very freedom because actual knowledge gets replaced by assumptions based on an abstract and elitist social vision of what ought to be.Knowledge and Decisions, a winner of the 1980 Law and Economics Center Prize, was heralded as a "landmark work" and selected for this prize "because of its cogent contribution to our understanding of the differences between the market process and the process of government." In announcing the award, the center acclaimed Sowell, whose "contribution to our understanding of the process of regulation alone would make the book important, but in reemphasizing the diversity and efficiency that the market makes possible, [his] work goes deeper and becomes even more significant.""In a wholly original manner [Sowell] succeeds in translating abstract and theoretical argument into a highly concrete and realistic discussion of the central problems of contemporary economic policy."— F. A. Hayek"This is a brilliant book. Sowell illuminates how every society operates. In the process he also shows how the performance of our own society can be improved."— Milton FreidmanThomas Sowell is a senior fellow at Stanford University's Hoover Institution. He writes a biweekly column in Forbes magazine and a nationally syndicated newspaper column.

Thomas Sowell

Экономика / Научная литература / Обществознание, социология / Политика / Философия