Читаем Содержательное единство 1994-2000 полностью

В этом смысле при плохом состоянии здоровья Ельцин находится в удобной ситуации. У него есть выбор хода. Первый: бюджет принимают в четвертом чтении. Вот тут-то болезнь и играет важную роль, болеть надо в точности до принятия бюджета. С момента, когда он принят, можно выйти и сказать: "Какие мерзавцы! Сделали бюджет, при котором страдает народ, в котором гибнет научный комплекс, гибнет экономика, рушится все народное хозяйство! Кто это сделал в мое отсутствие? Без меня? Пользуясь моментом? Ты это сделал? Вон отсюда!" Второй ход: бюджет не принимается. "Кто мешает мне выполнять мою президентскую программу? Кто не может договориться со здоровыми силами в условиях национального согласия?" С этой точки зрения политически ситуацию для Ельцина при всех ее издержках можно считать почти идеальной. "Еще импичат, не дают работать и людям зарплату выплатить! Вот уже лежат чемоданы с деньгами, а они не дают!" И еще важно, что перед этим все оппоненты "засветились".

Ситуация созрела. Но момент, когда Ельцин должен "прыгнуть" на выстроенную против него и набирающую обороты машину, крайне рискованный. Пожалуй, впервые свердловский партаппаратчик выходит на смертельный бой, где шансы быть уничтоженным не меньше 50-ти процентов. И все разговоры типа "элитный консенсус", "тишь-гладь и божья благодать" – разговоры людей, которые ничего не понимают в политике.

А теперь для того, чтобы объяснить формирование такой политической ситуации, вернусь к теме Гайдара. Да, выразителем интересов той номенклатуры, которая после поездок на Запад восторженно говорила словами героя Шукшина – "осюсение, мля", действительно был Гайдар. Но это не означает, что Гайдар сам в наибольшей степени концентрировал данный цинизм. Гайдар не циник. Я даже скажу, что в каком-то смысле это, может быть, трагически разорванная фигура. И Гайдар реализовывал вовсе не собственные писания про государство и эволюцию, и не труды Фридмана или Сакса, а (как вам ни покажется странным) модели братьев Стругацких.

Я не шучу. Что это действительно так – стало окончательно понятно после 93-го года, когда начали писать, что по Белому Дому стрелял десант прогрессоров из космофлота. Прогрессоры двинулись сокрушать этот омерзительный мир, мир сопротивлялся, миру "вклеили" – а он опять сопротивляется. Теория вмешательства, синдром прогрессорства и т.п. – Гайдар в этом был не одинок, это был целый слой, воспитанный в определенной логике, системе ценностей, мировоззренческих установок. Стержень этих представлений и установок был донельзя прост и одновременно достаточно сложен. Попробую его раскрыть.

Утверждение первое: если некий мир, где время остановилось, где произошло выпадение из Истории (т.е. советский мир), оформился, то нужно вернуть этот мир на рельсы истории, спасать любой ценой.

Утверждение второе. Такое возвращение не может быть мягким и постепенным, ибо сопротивление мира слишком велико, а возвращение его в систему исторических координат требует высокой степени задействования внутренних ресурсов самого этого мира. Нельзя возвращать мир чужими руками! "Трудно быть богом"!.. Но надо. Элемент революции обязательно присутствует.

Утверждение третье. Поскольку необходимо вернуть мир на рельсы истории с задействованием внутренних ресурсов самого мира, причем в предельно больших количествах, то надо революционно разрушать имеющееся, а затем предоставить вершить свое дело нормальному ходу истории, т.е. эволюции. Благородные доны, они же "трудные боги", сначала лупят по точкам, мешающим людям нормально жить. А когда они отлупили как следует, сами люди должны заниматься революциями, живым творчеством масс или "невидимой рукой рынка". Но в любом случае должны быть задействованы внутренние ресурсы самой системы.

Не экономические реформаторы вышли на сцену в 92-м году, на сцену вышли прогрессоры, причем сторонники активного вмешательства в этом прогрессорстве. Они были абсолютно заряжены этим и только этим. Всем остальным могло казаться, что они занимаются монетаризмом и регулированием ценовых показателей. А Гайдар если и занимался ценовыми показателями, то лишь постольку, поскольку у Стругацких Странник говорил Максиму: "Думай об инфляции". Вот Гайдар и думал об инфляции. Он совершенно не собирался заниматься такими скучными стихиями "на полном серьезе".