Читаем Содержательное единство 1994-2000 полностью

Другой сферой приложения и оборота криминальных чеченских денег является процесс приватизации. Здесь наиболее типичная технология включает приобретение, за счет коррупции и запугивания чиновников или владельцев, государственной либо частной собственности за бесценок, последующую перепродажу этой собственности по реальной стоимости с "отмывкой" и легализацией денег, и дальнейшее направление денег в легальный либо криминальный оборот. Заметим, что подобные операции проводятся чеченской спецтерроросредой отнюдь не только в северокавказском или южнороссийском регионах, но и в Москве, Санкт-Петербурге, в Сибири, на Урале и Дальнем Востоке, а также в республиках СНГ и Восточной Европе. По данным английской печати, этот процесс уже начинает охватывать и Британские острова (в частности, Лондон).

Было бы ошибкой считать, что чеченская спецтерроросреда сохраняет свой чистый кланово-этнический состав. Действительно, главным компонентом, из которого она рекрутируется и наращивается, оказываются этнические чеченцы как из самой Чечни и республик СНГ, так и из чеченской диаспоры в Турции, Иордании, Сирии, США и т.д. Именно из этой среды прежде всего набирается и обучается в лагерях моджахедов пополнение дудаевских боевиков, именно через эту среду идет большинство зарубежных тайных операций дудаевского режима и иностранных спецслужб.

Однако в чеченском спецтерроризме есть и достаточно объемный интернациональный компонент. Так, в частности, точно известно, что среди боевиков Басаева и Радуева были русские, украинцы, литовцы, эстонцы, афганцы, азербайджанцы, турки, грузины. Известно, что в свои операции в Поволжье чеченская спецтерроросреда включает членов татарских и башкирских националистических и радикально-исламистских организаций. Известно, что регулярную помощь режиму Дудаева оказывают украинские радикалы из националистической организации УНА-УНСО и крымско-татарские экстремисты. Известно, что часть нелегальных нефтяных операций Грозный проводил через Лисичанский и Кременчугский НПЗ на Украине, а также Одесский и Ильичевский порты. Известно, что многие операции по незаконному экспорту цветных металлов из Казахстана обеспечивали, при помощи чеченской диаспоры в РК и под руководством эмиссаров из Грозного, казахстанские, эстонские и германские "коммерсанты". Известно, наконец, что значительную часть своих наркотических операций чеченская спецтерроросреда проводила через контрагентов на Украине, в Поволжье и в Прибалтике.

Главным преимуществом и отличием указанных действий чеченского спецтеррора по сравнению с обычным криминалом является то, что и финансовые операции, и рэкет, и транспорт грузов, и все юридические процедуры теневого бизнеса – в данном случае поддерживались легализованными структурами и "законными представителями" спецтеррористической квазигосударственности. Именно поэтому крайне незначительная по сравнению с другими по этнической массе спецтерроросреда сумела приобрести доминирующие позиции в теневой экономике многих регионов России и СНГ.

Основываясь на перечисленных фактах, отечественные и зарубежные эксперты по террору заявляют, что сегодняшняя Чечня – "хрестоматийный пример" именно "спецтеррористической квазигосударственности". Они указывают, что этот спецтерроризм обзавелся крайне мощными разведывательными, диверсионными, военными, штабными и аналитическими подразделениями, вполне конкурентными с соответствующими службами крупных государств. Они подчеркивают, что в оснащении, обучении, вооружении, финансировании и даже концептуальном сопровождении дудаевского режима принимают активнейшее участие высококлассные специалисты из различных спецслужб мира.

Но одновременно они же утверждают, что проведение операций в Буденновске, Гудермесе, Кизляре, Грозном и т.д. в их реальном формате и результатах – было бы совершенно невозможно в отсутствие дудаевской агентуры высокого уровня в российских спецслужбах, СМИ и государственной администрации.

Последнее обстоятельство настолько важно, что требует более подробного рассмотрения хотя бы ключевых акций России в Чечне.

7 ноября 1991г. – после решения Верховного Совета России и Указа Президента Ельцина о незаконности режима Дудаева в Грозный вылетает группа ОМОН. "Случайно" поступает приказ отправить оружие этой группы другим самолетом и посадить на другом аэродроме. ОМОНовцы блокируются в аэропорту боевиками и возвращаются в Москву ни с чем. Их оружие достается дудаевцам.

В начале 1992 года российские войска выводят из Чечни, причем совсем налегке, оставив Дудаеву 400 тысяч единиц стрелкового оружия, 100 единиц бронетехники, 600 систем залпового огня "Град", 30 зенитно-ракетных комплексов, более 200 самолетов.

В марте и августе 1992г. в апреле 1993г., – каждый раз, когда Дудаев попадает в затруднительное положение из-за усиления оппозиции, Москва срочно отправляет в Грозный огромные суммы наличных денег общим количеством более 3 млрд. рублей.