Читаем Собиратель ракушек полностью

После двух пересадок, сойдя с переполненного самолета «Люфтганзы», неунывающие американцы бодро шагали через варшавскую таможню. На улице к ним пристал свирепого вида таксист, который загнал всю толпу в свой японский микроавтобус. Значит, заповедник зубров, кивнул он. Беловежа. Обернулся к американцам на задних сиденьях и подмигнул. Рискованная, вообще-то, затея. Ох какая рискованная.

Еще раз подмигнув, он выключил счетчик, втопил педаль газа – и микроавтобус пошел грохотать по головокружительному лабиринту местных грунтовых дорог. Мимо проносились болотистые леса, тонкие белые березки и неохватные дубы, а между лесными массивами виднелись поля и серые деревеньки. Когда микроавтобус лихо затормозил у грабовой рощи, уже почти стемнело. Водитель открыл раздвижную дверь, выбросил на землю багаж и пообещал вернуться через неделю. Как только они поймают свою большую рыбину. Заговорщически подмигнул и приложил палец к губам. Из-под колес удаляющегося микроавтобуса брызгали фонтанчики гравия.

Американцы углубились в лес. Они оказались на торфяниках: местность плоская, топкая, повсюду буйная растительность, болота средь еловых рощиц, гниющие бревна и хлюпающая грязь под ногами. Лес, словно зелено-черная губка, дрейфовал на поверхности воды; между облепленных грибами стволов серыми вихрями роился гнус.

Жуя на ходу батончики мюсли, американцы перелезли через несколько ограждений, сначала деревянных, а затем из металлической сетки. К ночи они добрались до реки, чьи темные стремнины почти полностью скрывались за тучами гнуса, и поставили палатки в шелестящей липовой роще. Сны американцев полнились сладостными видениями желанной добычи – выпрыгивающей из воды форели.

Проснулись они оттого, что прямо в сетчатые окна палатки уткнулись черные носы зубров и дыхнули розмарином. На берегу реки, пожевывая жвачку и истекая зеленой слюной, паслось космато-рогатое стадо. Расстегнув палаточные молнии и выбравшись наружу, американцы увидели рядом погонщицу стада, которая копалась в их пожитках.

Погонщица зубров была вооружена автоматом; подмазать ее оказалось невозможно. Пока полицейские в форменных шлемах открывали футляры со снастями, заглядывали в коробки для мушек и вытряхивали содержимое спортивных сумок, она сидела на скамеечке у белорусского погранпоста и жевала конфискованные батончики мюсли. В качестве допроса приземистый капитан полиции в баскетбольных кроссовках с воздушными камерами засыпал обалдевших американцев вопросами о профессиональном баскетболе. Женат ли Патрик Эвинг? Насколько скрупулезно американские рефери соблюдают правило трех секунд? Сколько стоят в Америке кроссовки с воздушными камерами?

Когда его любопытство было удовлетворено, он кивнул, а затем сдул и снова накачал воздушную камеру в одной кроссовке. Все это придется конфисковать, наконец объявил он, широким жестом указывая на разложенное рыбацкое снаряжение.

Но мы всего лишь приехали на рыбалку, запротестовали американцы. Ловить форель.

Понятно, кивнул капитан полиции, накачивая вторую кроссовку. Да, в Бебже водится форель, знатная форель. Он что-то сказал своим подчиненным; те повторили «знатная форель» – и показали руками, какая именно.

Но тут такое дело, покачал головой коротышка-капитан, американцам здесь рыбачить нельзя. Это незаконно. Цари тут охотились на кабанов. А до них – польские короли. Литовские принцы. Все охотились на кабанов.

Мы не охотились на кабанов, возразили американцы. И даже рыбу не удили. Мы спали. Нам казалось, мы в Польше.

Как бы то ни было, сказал капитан, снимая шлем, если хотите получить назад вещи, придется вам обыграть нас в баскетбол.

За погранпостом находился небольшой дворик, где валялись баскетбольные корзины и фанерные баскетбольные щиты. Отстегнув портупеи, белорусы начали разминаться. Когда игра началась, хозяева показали блестящие маневры за спиной соперника, великолепные высокие броски и сложные комбинации. Оторопевшие американцы проиграли им сорок очков. Белорусы принялись качать своего начальника и петь хвалебную песню. Погонщица зубров на скамеечке развернула очередной батончик мюсли и вяло поаплодировала.

Потных американцев усадили в автобус с треснувшим лобовым стеклом. Вас отвезут в Лодзь, объявил капитан, теребя завязку на благоприобретенной фуфайке из гортекса. Обратно в Польшу. Там классно.

На полпути в Лодзь лобовое стекло рухнуло на водителя, автобус съехал в кювет и опрокинулся набок. Пассажиры вылезли наружу через верхний люк и бросились в заросли крушины, где дружно присели на корточки. Начался дождь. Промокшие американцы сбились в кружок; в их ботинки медленно просачивалась грязь.