Он почувствовал, как внутри него огнем вспыхнула надежда. «Подави ее немедленно!» — сердито подумал он. Но в тот же миг лицо девушки расцвело в улыбке:

— С удовольствием, — коротко ответила она, решив сразу все проблемы.

— Прекрасно! — Волна адреналина бросилась в кровь, и челюсть Райма задрожала. — Просто великолепно. Том!

Они еще немного послушают музыку, выпьют по стаканчику виски. Может быть, он еще расскажет ей об известных местах преступлений. А она поделится своими воспоминаниями. Линкольна очень интересовал отец Амелии, как и вообще работа полиции в 60-е и 70-е годы. Он хотел узнать побольше о том, как работал печально известный Южный участок в старые добрые времена.

— Том! — погромче позвал Райм. — Достань, пожалуйста, простынь и одеяло. Том! Понятия не имею, куда он запропастился. Том!

Сакс собиралась уже что-то сказать, но в этот момент в дверях появился помощник, и раздраженно заявил:

— Достаточно одного грубого окрика. Линкольн. Нечего так долго разоряться.

— Амелия снова останется у нас. Ты можешь достать для нее одеяло, подушки, ну, и все, что полагается, чтобы постелить на диване?

— Нет, на диване я больше спать не буду, — вдруг решила Сакс. — Я там не очень уютно себя чувствую.

Райм понял, что должен сейчас уговорить ее остаться здесь, наверху, но потом смирился, подумав при этом с печалью: вот уже несколько лет он не спал рядом с женщиной. Тем не менее, он не стал показывать своего разочарования, и сказал:

— Внизу есть спальня для гостей. Том постелит тебе там. Но Сакс все решила по-своему. Она спокойно положила сумочку обратно на стол и повернулась к помощнику:

— Все в порядке. Том. Мы сами тут разберемся. Ничего делать не надо.

— Но мне не сложно.

— Все в порядке. Спокойной ночи. Том. — И она прошла к двери, явно намекая на то, что ей и Райму пора остаться одним.

— Ну, я...

Она улыбнулась и твердым, решительным голосом повторила:

— Спокойной ночи. Том. И осторожней на лестнице, не споткнись. — Когда помощник шагнул в коридор, она закрыла дверь и заперла ее на щеколду. После этого девушка скинула туфли и разделась, оставшись только в кружевном бюстгальтере и смешных мешковатых трусиках. Она тут же забралась на Клинитрон и устроилась рядом с Раймом. В каждом ее движении скользила та властность, которой обладают красивые женщины, когда дело доходит до постели.

Сакс немного поерзала, ощущая приятное массажное действие маленьких шариков, и засмеялась:

— Вот так кровать! Это же просто чудо! — И снова потянулась, как сонная кошка, потом закрыла глаза и промурлыкала: — Надеюсь, ты не будешь возражать?

— Абсолютно.

— Райм...

— Что?

— Расскажи мне еще что-нибудь из своей книги. О каких-нибудь местах преступлений. Ладно?

Он начал историю об одном неуловимом серийном убийце из Квинс, но уже через минуту она заснула.

Райм увидел, что ее грудь прижалась к его телу. Девушка закинула ногу на его бедро, а ее волосы растрепались, и несколько прядей упали на лицо Линкольна. Волосинки щекотали кожу, а он уже забыл это ощущение. Для человека с такой прекрасной памятью было удивительно, что теперь ему показалось, будто все это происходит с ним впервые. Все, что он помнил, была серия каких-то нудных и одинаковых вечеров с Блэйн, да и то только до несчастного случая. Но все же он подумал о том, что если бы такое случилось раньше, то он не стал бы тревожить свою жену и спокойно перенес бы эту щекотку.

Сейчас, конечно, он не смог бы смахнуть с лица волосы Амелии, даже если бы ему это приказал сам Господь Бог. Но он и не думал убирать их. Напротив, ему хотелось, чтобы это ощущение длилось целую вечность.

Глава тридцать пятая

На следующее утро Линкольн Райм снова остался один. Том отправился по магазинам, а Мел Купер работал в лаборатории следственного отдела. Вине Перетти закончил осмотр места преступления в особняке на Ван Бреворт и в доме Сакс. Они нашли на удивление мало ценного, но Райм отнес это на счет изобретательности преступника, а не сомнительного таланта самого Перетти, как сыщика.

Линкольн находился в состоянии ожидания. Ему должны были вскоре доставить отчет об осмотре места преступления. Правда, и Добинс, и Селитто предполагали, что сейчас 823-ий должен был «лечь на дно», по крайней мере, на некоторое время. Пока что больше не было зарегистрировано ни нападений на полицейских, ни похищений людей. Последние двенадцать часов город жил спокойно.

Офицер, в подчинении которого находилась Сакс, проводил ее к специалисту по болезням горла. Земля, попавшая в рот девушки, все же успела повредить нежные ткани гортани. Для самого Райма тоже выделили телохранителя. Теперь перед его домом стоял вооруженный полицейский из 20-го участка. Линкольн знал этого парня: когда-то они с ним долго спорили о качествах ирландского и шотландского торфа, применяемых в производстве виски.

Райм пребывал в великолепном настроении. Он соединился по рации со своим охранником и предупредил его:

— Через пару часов ко мне должен прийти врач. Пропусти его.

Полицейский пообещал выполнить это указание.