Читаем Сны Ocimum Basilicum полностью

– Я просто хотела запомнить вкус твоего поцелуя, – сказала она. – Потому что я никого никогда не любила так, как тебя, – нужно было оставить ему надежду. А то ещё решит вдруг покончить с собой. – И тебя никто никогда не будет любить так, как я.

– И всё же ничто не вечно, – подыграл ей Алтай. – Может быть, именно это и делает нашу жизнь такой ценной.

Он покрутил в руке связку рабочих ключей.

– Я бы предложил подвезти тебя до дома. Но у меня машина ещё из ремонта не вышла, сама знаешь.

Они вышли на улицу. Немного разочарованная, но счастливая Нюсики смотрела, как Алтай запирает дверь.

– Тебя до дома жених проводит? – невинно поинтересовался он.

– Нет, я поеду на автобусе.

– Ну, думаю, это наша последняя встреча. Давай прощаться?

Нюсики победоносно взглянула на него. Затем встала на цыпочки и всё-таки чмокнула его в губы.

– Ну, бывай, – сказала она.

– Удачи, – ответил Алтай.

И Нюсики ушла, громко стуча каблуками, гордо подняв голову, не оборачиваясь, наслаждаясь своим триумфальным шествием, представляя, как Алтай липнет отчаянным взглядом к её удаляющейся фигуре, и он действительно смотрел ей вслед, пока она не растаяла в чёрной дымке автобусного выхлопа.

Кто-то подбросил дохлую кошку к двери Рейхан. Кошка была не первой свежести и явно не сама приползла умирать к дому опальной защитницы природы. Рейхан похоронила тельце во дворе под кустом гортензии и вывесила над входом коровий череп. Что-то надвигалось, ей даже не обязательно было раскидывать карты или руны, чтобы понять это. Рейхан затаилась в своём доме, как в крепости, и ждала. Поэтому, когда пару дней спустя после истории с деревом к ней постучали, Рейхан сначала оторопела, затем подкралась к двери и, только учуяв знакомый запах с доминирующей нотой жасмина, впустила гостью.

– Ясмин. Давно вас не было. – Рейхан внимательно разглядела свою старинную клиентку, её было не узнать: совсем молодая, без каблуков и укладки, вместо тонких, бледных и очень дорогих украшений – гроздья полудрагоценных камней в замысловатых серебряных оправах. – Вы теперь выглядите как настоящая ведьма.

– Спасибо! – Ясмин захохотала, запрокинув голову и показав все зубы.

За чашкой зелёного чая с жасмином – единственного пристрастия в её жизни, оставшегося без изменений – Ясмин рассказала, что развелась с мужем, миллионером и изменщиком. Себя она изменницей не считала.

– А мой этот бывший теперь со своей молодухой. Она, оказывается, беременная. И, представляешь, дорогая, я за них рада!

Рейхан похвалила себя за мудрое решение не выкладывать Ясмин всю правду о её муже. Всё-таки лучший козырь – это тот, которым так и не воспользовались.

– У нас с Расимом любовь. Теперь я знаю, что это такое. Ты не думай, я понимаю, я намного старше, ему, может быть, захочется потом детей, ну и всё такое. В любом случае, я для себя решила – пусть это продолжается столько, сколько возможно, я буду радоваться каждой минуте. Всё равно ничто не вечно.

– Разумный подход.

– У тебя научилась. Если бы не ты, я так бы и жила. Мне вообще кажется, что я только сейчас по-настоящему жить начала. И знаешь, – Ясмин слегка испуганно посмотрела на Рейхан, – я думала, что, когда к тебе перестану ходить – сразу стареть начну. Но не начала. Не начала же?

– Больше вам мои услуги не понадобятся, – честно ответила Рейхан. – Пока у вас любовь, пока настоящая жизнь – вы будете оставаться вот такой. Ну, разве что кремы мои вам надо продолжать мазать.

– Я вот что решила. Я всех своих подруг к тебе направлю. Пусть они тоже будут красивые, если захотят.

Жёны миллионеров гуськом прошлись перед мысленным взором Рейхан, осыпая её крупными банкнотами и поя хвалебные песни, словно в болливудском фильме.

– Ваше личико будет лучшей рекламой, – сказала она.

– Знаешь, они мне все завидуют. Вслух говорят, конечно – ты чего, от богатого мужа ушла к мальчишке нищему, ну и что, что муж изменял, подумаешь, большое дело, все изменяют, а сами завидуют. Я же вижу.

– Счастливым влюблённым не завидуют только счастливые влюблённые, – пробормотала Рейхан с едва уловимой тоской. Ясмин поцеловала её и сказала на прощание:

– Ты не переживай. У тебя тоже скоро всё будет хорошо. Я это вижу, я же сама стала немножко ведьмой.

После ухода Ясмин Рейхан собиралась принять ванну и уже успела открыть кран и набросать в воду ароматические травы, когда узнаваемый стук в дверь возвестил, что вернулась Ханым ханым, как Рейхан и предрекала. Вид у неё был сокрушённый.

– Всё-таки вам без меня никак? – ядовито спросила Рейхан. – Что же вы на этот раз без вина?

– Ой, Рейхан, родная моя, не сердись, я же в тот раз всё не от зла сказала. Бывает, да, так, близкие люди друг другу наговорят, обижаться не надо. Я на тебя не обиделась, а ты меня алкоголичкой обозвала.

– Что у вас произошло?

– Заурчик мой на этой своей жениться собрался.

– Вы же этого и хотели. Пристроить его… В добрые руки.

Ханым растерянно бегала глазами по кухне, словно впервые её видела.