Читаем Смертельные враги полностью

Он очутился в проходе, посыпанном тонким песком; своды прохода были очень низкими, хотя карлик мог идти в нем, не сгибаясь.

Когда-то, во времена владычества мавров, этот канал служил, должно быть, для того, чтобы подводить воду к бассейнам владения.

Позже, когда дом перешел в руки какого-то христианского воина, канал сменил свое назначение. Его превратили в потайной ход, который в случае необходимости должен был служить убежищем. Естественно, его обустроили в соответствии с отведенной ему новой ролью. В частности, в разных местах его перегородили толстыми стенами, предназначенными остановить непрошеных гостей. Однако в каждой из этих стен имелись тщательно замаскированные проходы, которые открывались, если нажать на скрытую пружину.

Затем тайна этих проходов была утеряна; надо полагать, Фауста ничего о них не знала, иначе она непременно предприняла бы все необходимое, чтобы оградить себя от вторжений.

Эль Чико, по-видимому, превосходно знал все повороты и закоулки подземелья, а заодно и всевозможные способы открывания потайных дверей, ибо он шел вперед без малейших колебаний.

Откуда ему стали известны эти секреты? Наверное, благодаря случаю. Должно быть, карлик когда-то нечаянно открыл самую первую дверь. Слабый, как ребенок, одинокий, привыкший к насмешкам и издевательствам, он тотчас понял, что сможет создать себе здесь надежное убежище, о котором никто никогда не догадается. Он ни минуты не раздумывал и сразу же там поселился.

Будучи человеком умным и наблюдательным, Эль Чико вскоре заподозрил, что здесь должно быть что-то еще, а не только открытый тупик. Он принялся искать. Не один месяц и даже не один год потратил он на долгое, терпеливое — камень за камнем — изучение своих владений. К счастью, удача сопутствовала ему, и понемногу он открыл тайну большинства этих ходов. Таким образом, он значительно расширил свою империю — без смертоносных сражений и без пролития крови, если не считать царапин, полученных им, когда он иногда пытался расшатать камень, за которым, как ему подсказывал инстинкт или же логически выведенное умозаключение, должен был скрываться секретный механизм.

Итак, Эль Чико шагал, заставляя глыбы стен вращаться вокруг своей оси или отступать вглубь, а потом вновь вздыматься позади него, одним прикосновением открывая чудовищные железные двери, которые сами собой закрывались за ним; наконец, он подошел к подножию маленькой каменной лесенки, очень узкой и крутой. Хотя карлика окружала полная темнота, ему, казалось, это вовсе не мешало, и он двигался так же легко, как если бы лесенка была освещена.

Он проворно вскарабкался по ступенькам (их было около десяти) и остановился лишь тогда, когда его лоб уперся в свод тоннеля. Тогда он наклонился к ступенькам и пошарил там. Послышался щелчок, и плита, расположенная как раз у него над головой, сама собой бесшумно приподнялась. Прежде чем подняться по двум последним ступенькам, он пошарил с другой стороны, и раздался новый щелчок. Только тогда он переступил через последние ступеньки и проник в подвал, громко произнеся, как то имеют обыкновение делать люди, живущие одни:

— Ну, наконец-то я дома!

И не оборачиваясь, уверенный, что каменная дверь закроется сама собой, маленький человечек сделал два шага вперед, присел на корточки перед подвальной стеной и прикоснулся пальцем к одной из мраморных пластинок. Приведенная в действие пружиной (на нее-то он и нажал, прежде чем войти сюда), пластинка откинулась увлекая за собой всю каменную кладку, на которой она была закреплена.

В итоге получился проем столь низкий, что ему пришлось нагнуть голову, прежде чем шагнуть вперед. Он зажег свечу, чей колеблющийся свет едва освещал ту дыру, куда он проник.

Это был маленький закуток, образованный в толще стены — около шести футов в длину и трех футов в ширину, но достаточно высокий, чтобы человек среднего роста мог стоять, не касаясь головой свода.

Здесь находился ящик, поставленный на четыре ножки. Ящик этот был набит свежей соломой, а на соломе лежали два маленьких матрасика. Белая простыня и одеяло окончательно придавали ему вид удобной кровати.

Здесь был и другой ящик, приспособленный под стол. Был также маленький прочный сундучок, снабженный большими замками, второй столик поменьше, два маленьких табурета и крохотная домашняя утварь, причем все это сверкало чистотой. Казалось, то были кукольные покои.

Таков был дворец Эль Чико.

Закуток проветривался через отдушину, перед которой Эль Чико соорудил нечто, отдаленно напоминающее деревянный ставень.

Теперь, когда карлик зажег свечу, он, предосторожности ради, закрыл ставень, чтобы свет не выдал его присутствия в том случае, если бы принцессе или кому-то из ее людей взбрело в голову спуститься в подвалы дома.

Но он не вернул на место пластину, маскировавшую вход в его жилище. Он был так уверен, что с этой стороны ему не угрожает никакая опасность.

Чико положил мешочек с золотом на стол, сел на один из своих табуретов и, облокотившись на стол, уронив голову на руки, стал думать.