— Когда я начинал работать в полиции, мы называли эти помещения садовыми комнатами, — продолжал Ролли. — Как думаешь, почему?

Уолтер слегка покачал головой и слабо улыбнулся.

— Мы называли это место садовой комнатой потому, что именно здесь мы доставали шланги. Понимаешь?

— Ага. — Улыбка.

— Тогда мне это не слишком нравилось, да и сейчас не особенно, но и ты мне совсем не нравишься. Не люблю бить тех, кто не может дать мне сдачи. Даже такого отморозка, как ты.

— Ага.

— Я просто хочу, чтобы мы поняли друг друга.

Уолтер кивнул и вновь затянулся. Ролли скрестил руки на груди и откинулся на спинку стула.

— Уолтер, мне нужна информация на Чарли Де Луку, — произнес я. — Есть какие-нибудь идеи?

— Я уже сказал: мы с ним не знакомы.

— Но ты кое-что слышал.

— Да. Но это не заинтересовало моих друзей из департамента юстиции.

— Мне нужны улики, и я не собираюсь заводить на него дело. Это частный вопрос. У меня есть все основания считать, что Чарли занимается тем, что может не понравиться его семье. — Ролли посмотрел на меня, когда я произнес последнюю фразу. — Есть идеи?

— Нет, мне очень жаль, — покачал головой Уолтер. — Я что-то знаю о деятельности Де Тиллио или Гамбозы, но мне очень мало известно о Де Луке.

— Меня интересуют любые детали, Уолтер. Может, он обманывает одного из других капо. Может, крысятничает у Сола.

— Мне очень жаль, — снова покачал головой Уолтер.

Я скрестил руки на груди и бросил на него пристальный взгляд.

— Ладно, подойдем к проблеме с другой стороны. Меня интересует любой компромат на Чарли Де Луку.

Уолтер закрыл глаза и сделал глубокую затяжку.

— Вам могут помочь другие люди.

— Вроде кого?

Улыбка.

— Мистер Де Лука часто использовал посредников для покупки фильмов, в которых играли цветные женщины. Мне говорили, что он предпочитает черных проституток, особенно тех, что снимаются в фильмах.

— Кто тебе это сказал? — вмешался Ролли.

— Тип по имени Ричи. Когда-то был моим клиентом. Он говорил о Де Луке так, словно был близко с ним знаком. Утверждал даже, что они партнеры.

— А у Ричи есть фамилия? — поинтересовался я.

Уолтер печально посмотрел на меня:

— Мне очень жаль.

— Значит, Чарли любит потрахаться с черными цыпочками. Даго из мафии еще с двадцатых западают на черных девочек. Солу на это плевать.

— Речь идет не только о любви к черным девкам, мистер Джордж. — Улыбка. Долгая затяжка. — Мне говорили, что он быстро теряет интерес к своим девкам, но платит очень хорошо. Если кто-то что-то и знает о Чарли, то только из их среды.

— Можешь назвать имя?

— Есть женщина по имени Анджелетта Силвер, хотя сейчас она отошла от дел. Работает в цветочном магазине на Сто двадцать второй улице, в Гарлеме. — Улыбка. — Но она вряд ли захочет помочь.

— Почему же?

— Чарли долго с ними не валандался. Он может быть очень жестоким. — Глаза Уолтера блеснули, когда он произнес последнюю фразу, словно это знание доставляло ему удовольствие. — Обычно расставание получалось не слишком приятным.

— Но он очень хорошо платит.

Улыбка.

— Да. И на всякого покупателя есть продавец. А на всякого продавца покупатель.

— Дерьмо, — сказал Ролли.

— Уолтер, ты начал болтать о мафии. Неужели не боишься, что они до тебя доберутся?

Улыбка. Затяжка.

— Я был всегда готов продавать то, что не продают другие, мистер Коул. Я нахожу это весьма… — его улыбка стала еще шире, кончик сигареты разгорелся ярче, — выгодным. Будьте осторожны с Де Лукой. Он сумасшедший.

— Да, так многие говорят, Уолтер. Благодарю.

— Надеюсь, мне удалось вам помочь.

— Конечно, Уолтер. Может быть, у меня что-нибудь получится.

Волпе открыл дверь и постучал по часам:

— Парни из Бюро уже пришли.

Роланд кивнул, и мы вышли в коридор. Оставив Уолтера Ли Бэлкома сидеть за столом, курить и спокойно улыбаться собственным мыслям.

Глава 20

В коридоре Ролли спросил:

— Откуда у тебя информация о левых делах Чарли?

Я рассказал ему о том, что мне удалось узнать. Когда я закончил, Ролли поинтересовался:

— Думаешь, Чарли вьет себе гнездышко на Барбадосе?

— Мне необходимо знать наверняка. Если это так, я смогу на него надавить и он оставит мою клиентку в покое.

— О каких деньгах идет речь?

— Сорок-шестьдесят тысяч единовременно в последние пять месяцев. Раньше на порядок меньше.

— Это серьезно, — присвистнул Роланд. — Сол не станет переживать из-за мелочей, все капо воруют понемногу. Но пятьдесят тысяч!

— А мог Чарли со своей командой проворачивать такие крупные сделки и сохранять их в тайне?

— Исключено. Когда эти парни говорят о семье, то вовсе не шутят. У людей, работающих на Чарли, есть братья, кузены, дяди в других командах семьи Де Лука. Они выпивают, устраивают совместные пикники. Легче сохранить секрет на студии новостей.

— Значит, если Чарли изымает деньги семьи из оборота, то делает это в одиночку.