Читаем Смертельные игры полностью

На восемь различных счетов Первого национального банка Челама было сделано двести четырнадцать вкладов, переведенных на два счета на Барбадосе. Выписки занимали шесть страниц компьютерных распечаток, один за другим шли ряды цифр, не имеющих для меня особого смысла: даты слева, номера счетов правее, суммы еще правее, а в конце номер счета получателя. Транзакции начали производиться четыре года и одиннадцать месяцев назад. Я просматривал очередную страницу, а потом передавал ее Пайку, и тогда в распечатки погружался он. Карен продолжала наблюдать за нами и пить вино. Наше занятие напомнило мне чтение телефонной книги с номерами телефонов, но без фамилий владельцев.

— Давайте начнем с последних вкладов, чтобы вы могли рассказать нам о каждом.

— Господи, они же все одинаковые!

— Вы сказали, что обычно деньги привозил Гарри, но иногда — Чарли.

— Совершенно верно.

— Тогда вклады отличаются друг от друга. Назовем часть из них депозитами Гарри, а остальные будут депозитами Чарли.

Она кивнула и сказала:

— Ладно. Что вы ищете?

— Не знаю. Мы будем изучать документы в надежде что-нибудь найти.

— Ну…

— В большинстве случаев в нашем деле нет очевидных путей. Детективы ищут улики, которые помогают им понять, что происходит и что делать дальше. Понятно?

— Конечно.

Однако на лице Карен все еще читалось сомнение. Вероятно, она пыталась соотнести мои слова с банковской системой.

— Мне потребуются блокнот и карандаш, — сказала Карен.

Она встала, вышла в соседнюю комнату и вернулась с желтым блокнотом и карандашом. Кроме того, она принесла еще вина. Карен казалась усталой, но не думаю, что причина была в алкоголе.

— Давайте начнем с перевода тех денег, что вы получили в Бранли. Объясните, как все организовано, как вам рассказали о том, что следует делать, а еще — что вам известно о происхождении денег и о счетах получателя. Постарайтесь вспомнить все подробности. Все, что вам кажется очевидным, может представлять для нас интерес. А когда мы закончим с этим эпизодом, перейдем к остальным.

Она мрачно кивнула, и мы принялись за работу.

Карен рассказала нам о каждом вкладе, начиная с самых последних. Она сумела вспомнить гораздо больше, чем рассчитывала поначалу, поскольку многие вещи повторялись. Часто ее замечания получались похожими. Секретарша Чарли с мясокомбината устраивала ей встречу с Чарли как самую обычную деловую встречу. Чарли говорил Карен, на какой из восьми счетов в банке Челама следует положить деньги и на какой из двух счетов в Барбадосе перевести. Никто не давал никаких расписок, не отправлял по почте платежных поручений, и не было никаких доказательств, что человек по имени Чарли Де Лука делал вклады наличными в Первый национальный банк Челама или переводил деньги с одного счета на другой. Карен полагала, что на Барбадосе кто-то следит за тем, чтобы все суммы сходились, но даже в этом у нее не было уверенности.

В самый разгар работы в гостиную вошел Тоби и посмотрел на нас широко раскрытыми глазами.

— Мама?

— Привет, Тоби, — сказал я.

«Мистер Оптимизм и Приветливость».

Карен отставила в сторону бокал с вином, одарила сына ласковой улыбкой и подошла к нему:

— Послушай, дружок, ты все уроки сделал?

Карен успела выпить три или четыре бокала вина, но держалась неплохо.

— Угу.

— Ты знаком с мистером Коулом? А это мистер Пайк, его коллега.

Тоби смущенно улыбнулся. Он понимал: тут что-то не так. Обычно мать не пила столько вина и не устраивала поздние встречи с незнакомцами в темных очках и странными татуировками. К тому же на столе были разложены какие-то непонятные бумаги. Тоби выглядел встревоженным.

— У тебя все в порядке? — спросил мальчик.

Карен провела рукой по волосам Тоби и печально на него посмотрела:

— Малыш, у нас был ужасно трудный день. Почему бы тебе не пойти спать?

Он взглянул на меня, на Пайка, поцеловал мать и направился в свою спальню. Карен проводила его глазами, потом вернулась к столу, и ласковая улыбка исчезла. Лицо Карен Ллойд постарело прямо на глазах.

— Хотите, отложим наш разговор на завтра? — предложил я.

— Нет, — покачала она головой. — Давайте закончим сегодня.

Через два часа и одиннадцать минут мы заполнили несколько страниц блокнота двумя колонками. Над первой колонкой написали «ГАРРИ», над другой — «ЧАРЛИ». Все вклады ГАРРИ были переведены на один счет на Барбадосе. В столбике ГАРРИ значилось сто восемьдесят вкладов, а в колонке ЧАРЛИ — всего тридцать три. Все свои вклады ГАРРИ с неизменной регулярностью делал по четвергам. Каждый колебался от 107 000 до 628 000 долларов, и все были равномерно распределены по семи счетам.

Депозиты ЧАРЛИ носили иной характер. Они начались около двадцати восьми месяцев назад. Иногда он делал их дважды в неделю, а иногда между двумя вкладами проходило восемь-девять недель. Никакой системы. Первые два года депозиты были сравнительно небольшими; самый крупный составил всего 9800 долларов. Однако около пяти месяцев назад цифры стали пятизначными — до 68 000 долларов. И с тех пор все вклады увеличивались, хотя и были значительно меньше, чем депозиты в колонке ГАРРИ.