Читаем Смерть под трактором полностью

– Я ж говорю, тракторист я. Гнатюк Петр Иванович. У нас тут стройка, на Малой Корытной. Магазин возводим, знаете, может? На той неделе, дай Бог памяти, в четверг, я трактор новый получил. Прямо с базы. СМУ закупило три трактора, один вот мне достался. Бульдозер. Челябинского завода. Хорошая модель, десять тонн с места рвет…

Дальше потерпевший стал описывать технические характеристики и достоинства угнанного бульдозера, которые я, в целях экономии времени, опускаю.

– Вчера, часиков в семь вечера, я смену закончил, машину, ну то есть трактир, к бытовке поставил, закрыл и до дому. Сегодня прихожу – японский городовой! Нет машины! Только стекла на земле валяются. И забор проломлен. А до забора след. Я к сторожу – дежурит у нас пенсионер один – где, блин, трактор?!

Он ластами разводит, не знаю, не знаю, ночью тихо было. Конечно, тихо, ежели два пузыря съешь. Тут не то что трактор, ядерную атаку проспишь. Я начальство предупреждал, что нормальную охрану надо, полстройки уже растащили…

– Скажите, Петр Иванович,– перебил я Гнатюка,– трактор был оборудован сигнализацией?

– Чего? – таращится на меня заявитель, будто впервые в жизни услышал про охранную сигнализацию.

– Я спрашиваю, сигнализация была? С брелочка или салонная?

– Да на кой ляд в трактор сигнализация! Кому он сдался?!

– Но его ж угнали, стало быть, сдался! А о сигнализации могли бы и позаботиться. Или крюк какой-нибудь на руль повесить.

– Нет в бульдозере руля. Рычаги только.

– Ну, на рычаг. Как, кстати, двигатель заводится? Ключом?

– Да… Но можно и проводочки замкнуть. Как в машине.

– Это единственный трактор на стройке?

– Нет, еще «Беларусь» старенький есть, но он на месте.

– А на угнанном тракторе только вы работали?

– Есть сменщик, Серега Федин, но он на больняке вторую неделю с язвой двенадцатиперстной кишки.

Слово «двенадцатиперстной» Гнатюк произнес с глубоким чувством собственного достоинства. Не лох, разбираюсь…

– Хорошо, едем дальше. Трактор застрахован?

– Понятия не имею. Это в СМУ надо спрашивать.

– Раньше подобные факты наблюдались?

– Да первый раз такая беда! Командир, выручай! Без хлеба же остался!

– Вы подозреваете кого-нибудь? Может, что-то замечали необычное последнее время?

– Чего у нас подозрительного заметишь? Разве что прораб трезвым на работе появится. Это вот подозрительно.

– Я все понял. Сейчас сделаем осмотр места происшествия.

Сфотографируем, запишем, замерим. А вы передайте командирам, чтоб подготовили заявление на имя начальника отделения милиции и справку о стоимости трактора.

– Вы найдете его, товарищ следователь? – обжигающий, полный трагизма взгляд Гнатюка говорит об искренности чувств.

– Найдем, – твердо обещаю я, – вам повезло. Наше отделение специализируется на розыске тракторов. Собаку, можно сказать, съели. Не вы первый. Пойдемте на стройку.

В отличие от Евгения, который, подобно старине Шерлоку, пишет протоколы осмотров мест происшествий и раскрывает преступления не выходя из кабинета, я решил прогуляться на стройку и все увидеть собственными глазами.

Гнатюк поднялся со стула, выбросил окурок папиросы под батарею и двинулся следом, громыхая грязными сапожищами по чистому отделенческому полу.

Спустя два часа я рассказывал Холмсу-Филиппову о своих сыскных достижениях. Как, едва не утонув в грязи, прополз от сторожки до забора, за которым следы гусениц обрывались, как тщательно собрал осколки стекла. Как обошел близлежащие строения, пытаясь отыскать свидетелей (не нашел), как побеседовал с пенсионером-охранником, находящимся в тяжелом депрессивном состоянии… Как потом позвонил дежурному, потребовав объявить по городу план «Перехват», и услышал в ответ крайне оскорбительные выражения. Можно подумать, гаишнику западло бульдозер на трассе тормознуть. Не одни ж «мерсаки» ловить?!

Евгений, не перебивая, выслушал, затем оттопырил нижнюю губу и сделал обобщающий вывод:

– Все это очень странно.

– Очень, – согласился я, – жду мудрого совета.

– Сторожа колоть надо,– подсказал напарник, – трактор – не велосипед, за руль не укатишь. Не мог он не слышать. Вызывай, вместе побеседуем… Второе.

Кому эта штуковина понадобилась? Я понимаю, «Жигуля» дернуть или мотоцикл. Но бульдозер? Хотя… У меня на территории в прошлом месяце трансформаторную будку умыкнули, прямо со внутренностями… А трактор – штука в хозяйстве нужная: огород дачнику вспахать, бревна перетащить или еще что… Приватизация обратно.

Любая частная строительная фирма на ура за полцены возьмет. Заводы ухитряются ворованные продать… Тут только одна надежда – на его величество.

– Не понял, на главк, что ли?

– На случай, – Евгений зевнул и вылез из-за стола.– Правда, ни одному менту не придет в башку проверять трактор на угон. А посему…

– «Глухарек»?

– Не исключено… Вот что еще сделай, – Филиппов взял со стола блокнот, – живет у меня в этом районе один человечек. Помогает иногда, под настроение.

За два дня службы я успел заметить, что стукачей стукачами здесь называть не принято. В основном человечками. Иногда «барабанами».