Тем не менее между нами оставались нерешенные проблемы. Со стороны советских военных не прекращались попытки уклоняться от выполнения обязательств, которые СССР взял на себя, подписав соглашение о сокращении обычных вооружений в Европе. Переговоры продолжали буксовать и не прекращались споры по поводу терминов, и хотя по основным вопросам соглашения о стратегических вооружениях уже год как было достигнуто согласие, различные технические проблемы и проблемы, связанные с контролем, не переставали вылезать… Верховный Совет СССР все еще не принял закона, обеспечивающего право на свободную эмиграцию (хотя на практике почти никому не мешали покинуть страну, если он или она того желали), а торговое соглашение, подписанное Бушем и Горбачевым в Вашингтоне в 1990 году, таки не было направлено в Конгресс для одобрения.

Визит Буша в Москву, который первоначально планировался на февраль 1991 года и был отложен из–за войны в Заливе, так и не был заново намечен. Президент хотел подписать в Москве соглашение по стратегическим вооружениям, но он понимал, что даже если проблема стратегических вооружений будет решена, было бы неполитично подписывать такое соглашение, пока Советский Союз не примет полностью соглашение об обычных вооружениях, оговоренное еще в прошлом году.

Тем временем Горбачев пребывал в крайнем раздражении. Ему было неприятно то, что визит Буша откладывается, он не ожидал, что Буш не сразу одобрит его апрельскую просьбу о полуторамиллиардном кредите для покупки зерна и еще не был уверен что его пригласят на июльскую встречу «семерки» развитых стран. А дома политические противники обвиняли его в том, что он наивно поддерживает интересы Запада, не обеспечивая соответствующих компенсаций для Советского Союза.

Джордж больше меня не любит!

Подписание 9 ноября 1990 года в Париже договора о сокращении обычных вооружений в Европе было одним из событий, официально закреплявших конец холодной войны.

Однако вскоре после того, как договор был подписан, обнаружилось, что советское верховное командование пытается нарушать некоторые его положения. Определенные действия (в том числе незаявленное передвижение войск к востоку от Урала) нарушали дух соглашения. А другие (такие, например, как требование не учитывать единицы военно–морской пехоты) противоречили и букве и духу соглашения, Неумение Горбачева заставить советских военных полностью выполнять соглашения было одним из факторов, приведших к отставке Шеварднадзе.

Коль скоро Советский Союз не соблюдал соглашения, Соединенные Штаты и их союзники отказались ратифицировать договор, и переговоры, связанные с нарушениями, допущенными Советским Союзом, тянулись всю зиму и весну. После долгого упорства и отстаивания каждого пункта Советский Союз постепенно начал уступать, но всякий раз делая лишь по маленькому шажку. Снова проявлялась тактика Громыко.

Однако к маю оставалось лишь два–три нерешенных вопроса, и я получил указание посетить Горбачева и просить его побыстрее все проблемы урегулировать. Встреча была назначена на вторник, 7 мая 1991 года.

Горбачев принял меня в присутствии одного только Черняева. Горбачев внимательно выслушал все, что мне поручили ему передать. Поскольку советский министр иностранных дел не смог убедить советских военных действовать солидарно, мы предложили, чтобы Горбачев послал начальника Генерального штаба генерала Михаила а в Вашингтон для непосредственных переговоров. Горбачев сказал, что он понимает всю важность быстрого решения вопросов, зависших по договору об обычных вооружениях в Европе, с тем чтобы этот договор мог вступить в силу. И хотя Горбачев считал, что уже сделал приемлемое предложение для урегулирования вопроса о военно–морской пехоте, он согласился направить Моисеева в Вашингтон.

Затем он отодвинул в сторону бумагу, подготовленную ему для встречи со мной, уперся в меня взглядом через стол и произнес полный жалоб монолог, к чему он время от времени прибегал, добиваясь обычно желаемого эффекта, Было бы невежливо смотреть на часы, но я уверен, что он говорил, по крайней мере, пятнадцать, а то и двадцать минут.

Его беспокоит, сказал Горбачев, появление все большего числа признаков того, что президент Буш «пересматривает» их отношения. Публичные заявления в Вашингтоне приобрели более критический характер. Далее, насколько он понимает, в кредитах, которые он просил для закупки зерна, ему отказано, докладывают ему и о других барьерах, которые ставятся в торговле. Так например, Соединенные Штаты отказались поставить компьютеры, которые могли бы улучшить безопасность советских атомных станций, а ведь и Рейган и Буш заверяли его, что не будет никаких ограничений на экспорт, и он лично подписал договор на поставки компьютеров, когда год тому назад был в Миннеаполисе. Он не может понять, почему мы считаем, что безопасность атомных станций не входит в общие интересы. Ему сообщили также, что возникли проблемы получения лицензии на осуществление совместного проекта создания коммерческого авиалайнера.