Читаем Смерть императору! полностью

Он пошел на рыночную площадь, держа Петронеллу за руку и неся ее маленький узелок с приготовленной едой в дорогу. Их сопровождал Парвий, одетый в урезанную версию одного из старых армейских плащей Макрона и сжимающий поводок Кассия в одной руке, пока собака шла впереди него. Другой рукой он вел мула, который нес палатку, запасную одежду и кормился из корзинки со своего ярма.

Другая половина конного контингента ждала в конце улицы, ведущей к Лондиниевым воротам, и командир-опцион отсалютовал Макрону, увидев его приближение.

— Готовы выступать, господин.

— Очень хорошо, Кальдоний. Пройди с ними первые пятьдесят километров, а затем поворачивай назад и возвращайся настолько быстро, насколько сможешь. Если противник уже окружит колонию к этому времени, направляйся в Лондиниум и сообщи прокуратору. Никакого героизма. Я не хочу, чтобы ты пытался пробиться к нам. Ты это хорошо понял?

— Да, господин.

— Тогда веди их.

Опцион вернулся к своим людям и вскочил в седло, прежде чем прокричать на всю рыночную площадь: — Мы выступаем в Лондиниум. Попрощайтесь в последний раз.

Макрон про себя выругал ветерана за столь грубый выбор слов. Затем он схватил Петронеллу за руки, и они крепко обнялись.

— Спасибо, что ты выбрала меня, — сказал Макрон. — Ты единственная женщина, которую я когда-либо хотел.

Она еще крепче прижала его к себе и тихо сказала ему на ухо:

— Простое «Я люблю тебя» вполне бы подошло. Ты останешься в живых, слышишь меня? Или я натравлю на тебя Кассия.

Она поцеловала его в шею, затем отстранилась и взяла у него узелок. Макрон повернулся к Парвию, и мальчик вдруг качнулся вперед и обнял его. на мгновение Макрон замер от удивления, а затем прижал его к себе.

— Береги себя, парень. Я увижу тебя позже.

Он отошел немного в сторону, и принял официальную позу и тон, обращаясь к мальчику.

— У тебя есть приказы. Удостоверься, что ты выполняешь их как хороший солдат. — Он отсалютовал, и Парвий радостно улыбнулся, прежде чем взять поводья мула и поводок Кассия. Петронелла продолжала стоять.

— Вам пора идти, — твердо сказал Макрон. — Вы должны пойти первыми, чтобы подать пример. Остальные последуют за вами. Иди, любовь моя.

Она двинулась к всадникам с Парвием, собакой и мулом. Еще другие женщины с детьми последовали за ней. Макрон подождал, пока его жена и мальчик растворились в тумане. Остальные люди исчезали вслед за ними. Он оглянулся на мужчин, провожающих их, и почувствовал их горе. Затем он увидел приближающегося Аполлония с Клавдией и Луцием рядом с ними и приветственно помахал рукой. У Клавдии на одном плече была перевязь, а на другом висела большая сумка.

— Пусть Фортуна сопутствует тебе, Макрон, — сказала она. — Да, сохранят тебя боги.

— Мы будем в порядке. Обязательно передай мои приветствия Катону, когда увидишь его в следующий раз.

— Ты сможешь сделать это сам, когда придет время.

— Я сделаю именно так. — Макрон улыбнулся. — Тогда до этого времени.

Она кивнула, и они обменялись понимающими взглядами, прежде чем Макрон присел на корточки перед Луцием.

— Помни, парень. Держи острие меча вверх.

Луций ухмыльнулся. — Я продолжу тренироваться, когда мы окажемся в Лондиниуме. Ты увидишь, насколько я стану лучше сражаться, когда ты вернешься, дядя Макрон.

— Я с нетерпением жду этого. — Он нежно взъерошил волосы мальчика, прежде чем встать.

— И не забудь поработать над своей риторикой, — сказал Аполлоний. — Я проверю тебя, когда мы снова продолжим наши уроки.

Клавдия положила руку на плечо Луция. — Давай, догоним Петронеллу и Парвия. Я сейчас тебя догоню!

Луций быстро помахал Макрону, а затем умчался прочь, в то время как Клавдия старалась не отставать, делая вид, что никак не может угнаться за мальцом.

Мгновение двое мужчин смотрели на проходящую мимо колонну эвакуируемых, затем Макрон откашлялся. — По крайней мере, в Лондиниуме они будут в безопасности. Мы теперь сами по себе. Давай заставим парней работать.

******

Остаток дня ветераны и другие оставшиеся мужчины трудились над раскапыванием последнего участка внешнего рва и скидывания вырытой земли в виде вала за ним. Два дома и пекарню, которые были построены над канавой, нужно было снести первыми, а владелец был первым человеком, который замахнулся топором на обмазанные стены, прежде чем в бешенстве бросился на него, разрушив свой дом и бизнес, чтобы не позволить колонии попасть в руки восставших. Другая работа началась по сносу зданий вне оборонительных сооружений. Ульпий возглавил партию, работавшую над крепостным валом, утрамбовывая почву в бревенчатом фундаменте, пока они наращивали высоту перед возведением деревянного частокола. В вал были вбиты заостренные колья, наклоненные вниз, в качестве еще одного препятствия для злоумышленников. В берега и русла рек были вбиты новые колья к северу и югу от колонии.