Читаем Случайно... Конец полностью

— Симил, ты мне не помогаешь. На самом деле, я планировал использовать нашу политику, которая гласит, что любой закон, который будет признан невозможным выполнить или соблюсти, станет недействительным

Симил надулась.

— Но мой угол зрения намного интереснее! Давай! Рискни. Если моя возня по деревне «Убирайся к чёрту», не удовлетворит твой драматический вкус, тогда мы всегда сможем пойти на попятную. Ну же. Разве ты не хочешь услышать мои новости? А? А?

— Нет. Не совсем, — сказала Пенелопа.

У Маакса всё внутри свернулось. Что задумала Симил? Что имела в виду, говоря, что Эшли — четырнадцатый номер?

— Хорошо, Симил. Я поиграю. Поделись новостями.

— Скажи «пожалуйста»! — Симил упёрла руки в бока.

— Сими-и-ил! — зарычал Маакс.

— Ладно! Держи! — Симил прочистила горло. — Связь Маакса с Вселенной разорвана и его душа теперь полностью связана с Эшли. Два света, одна душа. И как мы все знаем по опыту, после такого, происходит очень много интересного, я когда-нибудь рассказывала о том времени, когда генерал Диконти переживал ПМС с Хеленой?

Симил хлопнула себя по колену, истерически смеясь.

— О боги! Он не знал, плакать ли ему или оттрахать её! — Она схватилась за живот. — Затем Кинич, который жил в теле Пенелопы. К слову о странностях! Затем Эмма и Вотан с их вулканическим слиянием разумов…

— Симил, хватит, — прервал её Маакс. — Переходи к делу.

Симил усмехнулась и её бирюзовые глаза заблестели.

— С момента, как Эшли встретила тебя, её свет начал притягивать твою силу. Теперь она официально стала Богиней Любви, как ей всегда было и суждено.

— Почему ты думаешь, что Эшли — Богиня Любви?

— Спросите вон у той мисс Незабудки. Эшли хорошенько её отшлёпала.

Все головы повернулись к Богине Забвения, которая была одета в короткое серебристо-металлическое платье без рукавов и белые сапоги танцовщиц, её светлые волосы в виде спиралей принцессы Леи закрывали уши.

— Да. Эшли ударила меня чем-то. Это было довольно приятно.

— Вот видишь! — Симил указала на него. Или на стул. Он не был уверен. — Она унаследовала твой дар любви. И как только научится правильно использовать силу — потому что мы все знаем, как легко любовь может выйти боком — ей суждено сделать много великих вещей для человечества. Лично я надеюсь, что она сможет превратить День святого Валентина в глобальный праздник. И переименует его в день плотских утех.

— Но у меня отняли силы, у меня их нет, — возразил Маакс.

Симил погрозила пальцем.

— У-у-у. Твои силы не были отняты. Мы просто их заблокировали, но они остались внутри тебя.

— Но я не Бог Любви, никогда им не был. Я — Бог Истины, — возразил Маакс.

— Серьёзно? — Симил улыбнулась. — Подумай хорошенько, Маакс. Неужели истина заставляла тебя снова и снова приходить нам на помощь? Или нарушить законы, чтобы помочь нам, а потом понести наказание? Неужели правда заставила тебя поклясться Фейт, хранить её ложь в секрете? Нет. Это из-за любви, Маакс, твоей любви к братьям и сёстрам. Истина просто ещё один способ выражения твоей любви. Быть честным, держать слово — всё это признаки любви. Как только ты потерял любовь, начал лгать, как дьявол.

— Как дьявол? Я лишь однажды солгал, — запротестовал он.

— И нарушил данное мне обещание! — рявкнула Фейт.

— Заткнись, Фейт, — бросила Пенелопа. — Или называть тебя Фальшивкой?

— Я не фальшивка, просто… — Она вздохнула и опустилась в кресло. — Просто не такая, как ты.

— Значит, это правда, — сказала Пенелопа.

— У меня были силы, — сказала Фейт, — в самом начале, но потом они исчезли. Не знаю почему, и не знаю, что сделала, — простонала она. — И вот вы, все вы, жаловались на свою жизнь, на то, как тяжело быть Богиней Самоубийства или Богом Смерти и Войны. Бла-бла-бла. Вы все — кучка испорченных гнилых божеств. У вас есть всё. У некоторых из вас даже друзья и дети. — Она указала на Эшли. — А теперь эта маленькая сучка обладает даром любви! Я вас всех ненавижу! Я желаю всем вам только смерти и страданий!

— Разве страдание не должно идти перед смертью? Очень тяжело страдать после смерти. — Вмешалась Симил.

— Симил! — закричал Маакс. — Замолчи!

Симил съёжилась в кресле, скрестив руки на груди.

— Я спасла твою задницу и это твоя благодарность?

Маакс повернулся к Эшли, которая выглядела так, словно в любой момент могла упасть в обморок.

— Эшли? Можешь ли ты сказать, правда ли это? У тебя мой дар?

Великолепные бирюзовые глаза Эшли, казалось, светились на фоне смуглой кожи и диких тёмных кудрей, ниспадающих на плечи.

— Я… не знаю. Ну, я не знала, что стулья могут говорить, не говоря уже о магической силе любви.

Маакс едва удержался от смеха.

— Ты думаешь, я — стул?

Эшли пожала плечами.

— А разве нет?

Он встал, подошёл к ней, а затем коснулся её руки. Эшли взвизгнула и вскочила, отползая назад.

— Что это было, чёрт возьми?

— Эшли, — сказала Пенелопа, — это Маакс. Он невидим.

Тяжело дыша, Эшли опустила голову и закрыла глаза. Прошло несколько мгновений молчания, пока все ждали её ответа. Действительно ли она обладала даром любви?

Тело Эшли затряслось, и она рассмеялась, глядя в небо.