Читаем Слова полностью

Так, куда ни посмотрим, всюду, где у славян сияет свет и творится добро, мы видим следы трудов свв. Мефодия и Кирилла.

Воззрим на духовное небо — там многочисленный сонм святых угодников Божиих, подвизавшихся в славянских странах. То плоды семян, посеянных святыми братьями.

Взглянем на землю — увидим славные славянские державы, полную подвигов историю славянских народов, достижения славян в области науки и искусств. За то должны мы быть благодарны тем же нашим святым Первоучителям

А посему в день их памяти долг наш их прославить и с благодарностью воскликнуть им: «Слава вам, братья святые, славян просветители!».

Шанхай 1941 г.

Расслабленный, Самарянка и слепорожденный

Прежде, чем закончить сегодняшнюю службу, я хочу обратить ваше внимание на три евангельских события, вспоминаемые в воскресенья между Неделей Жен Мироносиц и Вознесением. В одно читается Евангелие об исцелении Христом расслабленного, другое — о беседе с Самарянкой, в третье — о даровании зрения слепорожденному. Трое сподобились разговаривать с Христом и принять Его дар: один — исцеление от долголетней болезни, другая — разрешение вопросов, которых она сама не могла разрешить, третий — телесное зрение. Но различна их дальнейшая судьба.

Молчат о бывшем расслабленном исторические памятники, но предание, которому можно верить, говорит нам, что он был тот, который впоследствии, будучи архиерейским слугой, ударил Христа по ланите во время допроса первосвященника. Про Самарянку известно, что она уверовала во Христа и через много лет, во время гонения Нерона, пострадала со своими сестрами и сыновьями. Церковь и поныне совершает память ее — мученицы Фотинии. А про исцеленного слепорожденного само Евангелие повествует, что, как только он исповедал Христа, сейчас же был изгнан фарисеями. Так расслабленный, после исцеления от временной болезни, наследовал вечную смерть; Самаряныня Фотиния, сподобившись разговаривать со Христом, долгое время потом жила в мире и почете среди своих сограждан, лишь через многие годы своей кровию засвидетельствовавши свою веру, а бывший слепой сразу после полученного благодеяния потерпел гонение за верность своему благодетелю. Но и награда ему большая: Сам Христос ищет его и, нашедши, отверзает ему и духовные очи, призывает его идти по пути, ведущему в вышнее царство.

Запомним эти три примера. Получив какой-нибудь дар от Бога — будь то духовный или земной, употребим его с пользой, для наследования вечного спасения. Будем помнить, что, не использовав его достойно, мы удалимся от Бога и потеряем вечную жизнь. Будем следовать Христову учению, а если придется потерпеть за это — Сам Христос придет поддержать и укрепить нас как, пришел Он укрепить и просветить исцеленного Им слепорожденного, гонимого неверными соотечественниками. Аминь.

Битоль 1928 г.

Преподобный Серафим Саровский

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа.

«Среди лета запоют Пасху» — сказано было некогда в Сарове. Прошло 70 лет после смерти того, кем эти слова были произнесены, и 19 июля 1903 года вся Русь огласилась хвалебными песнями, прославляющими Бога и Его угодника. Действительно, вся Русь ликовала тогда, как в день Святой Пасхи, даже больше.

Наступили потом страшные дни для России, но не умерла и не ослабла память о преподобном Серафиме. Также притекают к нему русские люди, прославляют его и на терзаемой Родине, и во всех концах мipa, где они рассеяны. С жизнью преподобного Серафима начинают знакомиться и другие народы; его жизнеописание переводится на разные языки, вызывая не только восхищение, но и стремление многих применить в своей жизни уроки, даваемые нам жизнью преподобного Серафима. Так, несмотря на все перемены, происходящие в мipe, память преподобного Серафима не только не меркнет, но остается светильником, все ярче светящим человечеству.

Подобное было и в дни его земной жизни. Рушились города, восстанавливались царства, с 12 народами шел в Россию, а потом а потом с позором покинул ее Наполеон, горела и опять восстала из пепла Москва, устраивали восстание и были судимы декабристы, а преподобного Серафима как бы и не касались эти события. Он весь был занят достижением «единого на потребу», работал над «своим духовным возрастанием». «Эгоист, замкнутый в себе», «невежда, не интересующийся ничем, кроме того, что лично его касается» — так сказали бы про него многие мыслители, не желающие видеть и малейшей пользы в подвигах самоусовершенствования. Но вот умирает инок Серафим. Казалось бы совсем теперь должен изгладиться из людской памяти облик этого старца, так упорно убегавшего от мipa. Но начинается целое паломничество к его гробу, во всех концах России прибегающие к нему получают помощь, утешение и назидание, а почитание его начинает распространяться и среди других народов.