Читаем Сластена полностью

– Неважно, знаете ли вы его или нет. Это ежемесячный журнал – интеллектуальные опусы, политика, литература, общекультурные вопросы. Достаточно хороший, уважаемый или, по крайней мере, в прошлом уважаемый журнал с широким диапазоном. Скажем так, от левоцентристских до правоцентристских позиций, в основном последнее. Но вот в чем дело: в отличие от большинства интеллектуальных периодических изданий «Энкаунтер» был скептически или откровенно враждебно настроен к коммунизму, в особенности советского извода. В нем говорилось о немодных вещах – свободе слова, демократии и так далее. По правде говоря, журнал по-прежнему об этом пишет. Кроме того, журнал неявным образом проводил американскую внешнюю политику. Ну что, звучит знакомо? Нет? Пять или шесть лет назад в никому не известном американском журнале, а затем и в «Нью-Йорк таймс» вышла публикация о том, что «Энкаунтер» финансируется ЦРУ. Поднялся крик, все замахали руками, зашумели, несколько писателей потеряли лицо. Говорит ли вам что-нибудь имя Мелвина Ласки? Ну и не беда. С конца сороковых годов ЦРУ, как могло, пестовало собственное высоколобое понятие о культуре. Обычно они работали через посредников, через разные фонды. Идея состояла в том, чтобы отвлечь левоцентристских европейских интеллектуалов от марксистского учения и поднять престиж рассуждений о свободном мире. Посредством различных инструментов наши американские друзья вбухали в это немало наличности. Вам доводилось слышать о Конгрессе за свободу культуры? Не беда.

Итак, таков был план американцев, и, по существу, после истории с «Энкаунтером» он полетел ко всем чертям. Когда мистер икс выходит из дверей гигантского фонда, размахивая чеком на шестизначную сумму, от него все разбегаются с воплями. И все же не надо забывать, что мы ведем не только политическую, но и культурную войну, и усилия вознаграждаются. Советские это знают и не жалеют денег на программы обмена, поездки, конференции, гастроли Большого. Это если не считать денег, которые они вливают в Национальный профсоюз горняков и их стачечный фонд посредством…

– Питер, – пробормотал Тапп, – давайте оставим это.

– Хорошо. Спасибо. Теперь, когда пыль улеглась, мы решили осуществить наш план. Скромный бюджет, никаких международных фестивалей, авиабилетов в первый класс, феерических гастрольных туров и пирушек. Мы не можем себе этого позволить. И не хотим. Наши действия будут узконаправленными, долгосрочными и не слишком затратными. Поэтому вы здесь. Пока все понятно?

– Да.

– Вы, возможно, слышали об отделе информационных исследований в МИДе.

Я не слышала, но кивнула.

– Вообразите, подобные планы имеют длительную историю. Отдел сотрудничал с нами и с МИ-6 на протяжении многих лет, взращивая писателей, финансируя газеты и издателей. Джордж Оруэлл на смертном одре представил людям из отдела список из тридцати восьми «сочувствующих» коммунистам. А отдел, в свою очередь, способствовал переводу «Скотного двора» на восемнадцать языков и немало сделал для распространения «1984». Было еще несколько блистательных издательских проектов. Вам что-нибудь известно о книжной серии «Обязательное чтение»? За ее изданием стоял отдел информационных исследований. Тайные ассигнования. Замечательные труды. Бертран Рассел, Гай Уинт, Вик Федер. Но нынче…

Он вздохнул и оглядел присутствующих. Казалось, все приуныли.

– Однако ОИИ блуждает впотьмах. Слишком много глупых идей, слишком близко к МИ-6 – в действительности отдел возглавляет один из сотрудников «шестерки». Знаете ли, Карлтон-хаус-террас полон милых работящих девушек вроде вас, и когда отдел посещают люди из МИ-6, какой-нибудь дурак непременно бежит по коридору и кричит: «Быстро оборачиваемся к стене!» Можете себе представить такое? Наверняка эти девушки подсматривают сквозь пальцы, а?

Он оглянулся на нас, вероятно, ища поддержки. Послышались любезные смешки.

– Так что мы хотим вдохнуть в эти планы новую жизнь. Идея состоит в том, чтобы сосредоточиться на подходящих молодых писателях, занимающихся в том числе наукой и журналистикой, людей в начале творческого пути, когда им более всего необходима финансовая поддержка. Обычно они хотят написать ту или иную книгу, и поэтому им сложно совмещать сочинительство с работой. Кроме того, нам небезынтересно включить в этот список писателя-романиста…

В разговор вмешался Гарри Тапп, необыкновенно возбужденный:

– Ну, знаете ли, это придаст делу некую живость, даже веселость, как пузырьки в шампанском. Газетам будет интересно.

Наттинг продолжил монолог:

– Учитывая, что вам по душе литература, мы думали, что вы могли бы в этом участвовать. Нас не интересует упадок Запада, антипрогрессистские эссе или иной модный пессимизм. Вы понимаете, что я имею в виду?

Я кивнула. Мне казалось, что я все поняла.