Читаем Сквозь стену полностью

Взгляд голубых глаз устремился куда-то вдаль, потом вниз. Ресницы, хоть и накрашенные, были поистине выдающейся длины. Единственным в ее облике, что сохранило натуральный цвет, были очень красивые золотистые брови. Губы на миг надулись, затем решительно сжались. Хелен Эдриан сказала:

— Меня шантажируют. Что вы мне посоветуете предпринять?

Спицы мисс Сильвер коротко звякнули.

— Лучший совет, который я или любой другой человек, внушающий вам доверие, могут дать, это обратиться в полицию.

— А вы знаете хоть кого-нибудь, кто воспользовался этим советом?

Мисс Сильвер печально вздохнула.

— Всегда необычайно сложно убедить кого-либо последовать доброму совету.

У Хелен Эдриан вырвался короткий резкий смешок.

— Это же так просто, не правда ли? Люди не шантажируют вас, если нет ничего такого, о чем вы бы не хотели, чтобы все узнали. Это может и не быть чем-то важным, это может быть вообще ничем. Но у всех есть секреты, которые они держат при себе, я так считаю. И потом, если вы широко известны публике, у вас все же должна быть частная жизнь, которая не имеет к этой публике никакого отношения, ведь так? Это достаточно просто — порекомендовать обратиться в полицию. Но разве это возможно? Однажды вы сделаете это, и назад уже дороги не будет. Если обращение в полицию приведет к возбуждению уголовного дела, то это означает, что вам придется стойко держаться и терпеть, когда вас будут поливать грязью, и что бы вы ни делали, и как бы мало правды во всем этом ни было, что-нибудь, да приклеится. Я не могу идти в полицию, и точка.

Мисс Сильвер мягко кашлянула.

— Если дело в этом, может, вы расскажете мне обо всем немного подробнее. Вы, должно быть, полагали, что я могу вам помочь, иначе не пришли бы сюда. Я думаю, вам лучше решиться быть откровенной и рассказать все, что касается попыток шантажа.

Голубые глаза остановили на ней оценивающий взгляд.

— Ну, я не знаю. Я надеюсь, все будет сохранено в совершенной секретности? Мой друг сказал, я могу на это рассчитывать.

Мисс Сильвер слегка распрямилась. Расстояние между ней и мисс Эдриан, казалось, увеличилось.

— Определенно, вы можете на это рассчитывать.

— Что ж, всякий хочет быть уверенным.

Мисс Сильвер вязала с высокой скоростью.

— Если вы не решитесь мне довериться, у меня не будет никакой возможности помочь вам, — она прибегла к помощи викторианского поэта, перед творчеством которого преклонялась. — «Доверь мне все, иль ничего», как писал поздний лорд Теннисон.

Хелен Эдриан смотрела на мисс Сильвер. Она и впрямь смешная! Ее мысли разбегались и были весьма противоречивы. С одной стороны — эта странная мисс Сильвер, с другой — странное прикосновение страха и довлеющая необходимость разобраться с шантажом.

Мисс Сильвер взглянула на нее очень спокойно и сказала:

— Вам самой выбирать, мисс Эдриан.

Хелен Эдриан сделала свой выбор. Все это время она сидела, слегка наклонившись вперед, а сейчас откинулась на спинку кресла.

— Да, думаю, вы правы. Не то чтобы мне было много чего рассказать — и это единственная польза, которую из этого можно извлечь. Я полагаю, вам известно мое имя. Многим людям оно известно, и я очень усердно работаю ради этого. Возможно, вы слышали, как я пою?

— Нет, не имела такого удовольствия.

— У меня было немало концертов в конце войны и, конечно, трансляций по радио. Мне предлагали работать на сцене, в мюзиклах и ревю, но дело в том, что я не слишком хороша в исполнении ролей. Ну, вот, вы просили быть откровенной, и если это не откровенность, тогда я не знаю, что такое откровенность.

Мисс Сильвер сказала:

— Вы, вне всякого сомнения, благоразумно ограничили себя тем занятием, с которым, уверены, что хорошо справляетесь.

Мисс Эдриан легкомысленно кивнула.

— Да, это так. И потом, глядя на меня, не скажешь, но у меня слабое здоровье. Я довольно легко простужаюсь. Осенью у меня было что-то вроде пневмонии, и доктора сказали, что я должна быть осторожной, чтобы сохранить свой голос. Итак, мы подошли к главному. Я была вынуждена очень серьезно задуматься о том, стоит ли так беречь мой голос. Даже при самом благоприятном исходе, такой голос, как у меня, не вечен, и почему тогда я должна утомлять себя поездками по всему миру, когда могу вступить в выгодный брак, завести собственный автомобиль и ни о чем не беспокоиться до конца жизни?

Мисс Сильвер, задумавшись, вязала.

— У вас есть возможность заключить подобный брак?

Хелен Эдриан пренебрежительно рассмеялась.

— Последние два года — в любой момент. Он крупный бизнесмен на севере. Услышав, как я пою, он буквально потерял голову. Любые подарки, любое количество денег, от меня требовалось только сказать «да». И, с тех пор, как я заболела, я все думаю об этом. Такой шанс не часто выпадает, если ты им не воспользуешься, кто-нибудь другой сделает это. Так что я решила, что пойду на это. И тогда-то начался шантаж.