Читаем Скверна полностью

— В редких старинных книгах укрепление зла называют «знамениями скверны», — сказал Джек. — Их авторы считали знамения символом перемен, проявлением надвигающейся темной эпохи. Обычно они выражали свои идеи языком религии — например, использовали термин «демоническое влияние» и тому подобное, — но тут важна сама концепция. Жизнь в ранние века была короткой и тяжелой. Смерть могла настигнуть человека в любой момент, в любой день, она просто могла явиться из ближайшего леса и забрать с собой. Полагаю, по этой причине люди были более чувствительны к едва различимым признакам надвигающейся опасности. Они видели знаки, слышали тихие шаги приближающейся погибели и называли это «знамениями скверны». Импульсы, вызывающие колебания между эпохами просветления и разрушительными темными временами, длительные. Импульс формируется и набирает силу медленно, каждое движение этих качелей длится веками или тысячелетиями. Наши жизни слишком коротки, чтобы мы могли заметить это. Рим пал не за день, он рушился медленно. Потребовались сотни лет набегов целых поколений варваров, чтобы моральные качества и мотивы римлян подверглись растлению. Сперва силы разрушения удавалось сдерживать с помощью податей, но в конечном итоге жестокость взяла верх. Знания и достижения человечества были утрачены, когда великий город пал. Не пойми меня неправильно, римское правление было не сахар и нередко поощряло жестокое господство и рабство. Римом правила череда кровожадных деспотов, но то были времена расцвета знаний и величия, если сравнивать их с последующими. Такова история человечества — непрерывная борьба между цивилизованностью и варварством. По мнению наших современников, мы переросли этот этап и достигли равновесия, а цивилизация прочно стоит на ногах и человечество движется к еще более светлому будущему. Но никто не задумывается, что зло тоже развивается, распространяется, набирает силу и непрестанно строит планы. В ходе своих изысканий я выяснил, что при движении маятника от упорядоченной цивилизации к темным временам разрыв между хищником и жертвой сокращается, и они начинают взаимодействовать по-новому. Ты — часть этого феномена, из-за него ты и появилась на свет.

— Я — свет, рожденный бороться с тьмой?

— Отчасти. Природа стремится к равновесию. Когда зло поднимает голову, появляются те, кто должен уравновесить его.

— Господи, Джек! Я не спаситель!

— Нет, но ты часть человеческой эволюции. Для периодов скверны характерно все возрастающее нежелание стоять на страже закона и порядка во всех сферах: от местных банд до международного терроризма. Срабатывает первобытная склонность к толерантности и задабриванию, что создает идеальную среду для распространения знамений скверны. Даже в лучшие времена очагам зла удавалось выжить. Когда наступали подходящие времена, скверна набирала силу. В благоприятной среде она разрасталась и создавала новые очаги зла.

— Очаги зла распространяются?

Джек на секунду задумался.

— В девятом веке викинги наводили на всех ужас. Их жестокость была бесчеловечна и столь же бессмысленна, а их любимой забавой было схватить ребенка за лодыжки и размозжить голову о стену. Именно так был убит сын А-Джей. Викинги устраивали резню ради резни, они убивали всех, кто не принадлежал к их роду. Они расширяли свое влияние, отправлялись в новые поселения и завоевывали территории. Они захватывали женщин, чтобы те вынашивали их детей. Это было распространение знамений скверны.

— Может, в девятом веке все так и было, — возразила Кейт, — но в нынешние времена...

— Что, по-твоему, исламисты делают с христианами и евреями, которые попадают к ним в плен? Думаешь, с пленниками обходятся «цивилизованно» и «человечно»?

У Кейт не нашлось достойного ответа.