Читаем Склад полностью

– Здравствуйте, меня зовут Клэр Уэллс. Хочу начать с извинений за то, что вы не можете выключить телевизор во время моего обращения. Знаю, все вы ждете нескольких минут свободного времени, пока будет обновляться программное обеспечение, но, откровенно говоря, я не могу познакомиться со всеми вами, и я подумала, что это самый быстрый и наиболее эффективный способ представиться. Обещаю, что не задержу вас надолго.

Все вы знаете моего папу, знаете, что это за великий человек. И все вы знаете, что сейчас невероятно тяжелое время для моей семьи. Но папа учил меня стремиться к цели, даже когда тяжело, так вот я хочу сказать вам, что хоть мой отец передаст факел, я собираюсь управлять Облаком так же, как он.

Как семьей.

В ближайшие месяцы я собираюсь посетить Материнские Облака так же, как делал это папа. Я буду участвовать в его прощальном туре. Так что, встретив меня, не стесняйтесь поздороваться.

Клэр поднимает руку ладонью вперед и, неловко покачивая ею, посылает привет.

– Спасибо, что уделили мне свое время. Еще раз прошу прощения за то, что отвлекла вас.

Цинния

Трамвай остановился на небольшой станции, и Цинния, выйдя из него, сказала:

– Вы говорили что-то об утешении?

«Забытьё» могло бы помочь. Помочь договориться, втереться в доверие к дилерам или просто отключиться на ночь. Иметь такое средство не повредило бы.

Водитель трамвая посмотрел по сторонам, убедился, что никто не видит, достал из кармана маленький прямоугольный предмет и вложил ей в ладонь.

– Меня зовут Джонатан. Найдете меня по вторникам в «Живи-Играя».

– Сколько? – спросила Цинния, опуская руку в карман.

– Первая бесплатно.

Она хотела спросить, можно ли сделать заказ по Облачным Часам, но подумала, что для этого лучше выбрать другое время и место. Расспросить можно будет потом.

Джонатан улыбнулся:

– Идите по красной линии.

По полированному бетонному полу проходила красная полоса. Цинния прошла по ней длинным коридором в большое помещение с лабиринтом, образованным стойками с прикрепленными к ним шнурами. В стене были окошечки, как у касс. Одно из них действовало, и к нему стояли в очереди несколько человек.

Цинния прошла по извилистому проходу, образованному шнурами, и оказалась в очереди четвертой. Перед нею был пожилой человек, у которого из раны на голове шла кровь. Он прижимал ко лбу промокшее бумажное полотенце. Второй в очереди была девушка, державшаяся за живот и согнувшаяся от боли. У окошка, разговаривая с человеком, находившимся за ним, стоял мужчина, похожий на страдающего от абстиненции наркомана или алкоголика, в мятых тренировочных штанах и с дрожащими руками.

За окошком сидело подобие пещерного тролля, он быстро разбирался с каждым, подходившим к нему. Когда подошла Цинния, он вздохнул, закатил глаза – его, видимо, приводила в ужас мысль, что придется разбираться еще с одним человеком.

– На что жалуетесь? – спросил он.

– Вывих плеча, – сказала Цинния. – Ушиблась головой. Возможно, сотрясение мозга.

Цинния подняла руку к диску сканера, но заметила, что экран часов погас. На нем появилась серая линия, постепенно удлинявшаяся слева направо.

Сидевший в окошке покачал головой:

– Боюсь, придется сделать это старомодным способом. Ваше удостоверение наемного работника.

Цинния сообщала необходимые сведения и смотрела, как человек за окошком вводил данные в компьютер. Больничные компьютеры, как она и думала, оставались подключенными к сети. Повезло.

Человек за стеклом покачал головой:

– Вы не использовали страховочный пояс.

– Знаю, – сказала она. – Можно мне идти? Голова болит.

Он снова стал печатать, пальцы летали над клавиатурой.

– Пройдите, пожалуйста, в шестую палату, – через некоторое время сказал он, – кровать семнадцать, кто-нибудь вскоре зайдет, чтобы вас осмотреть.