Читаем Склад полностью

На первом этаже двери лифта открылись в вестибюль. Цинния подумала, что можно было бы найти зажигалку и что-нибудь поджечь – испытанный способ привлечь внимание окружающих. Такая мысль всякий раз приходила ей в голову с тех пор, как подожженный мусорный бак спас ее в Сингапуре от смертного приговора. Но, едва ступив на отполированный пол вестибюля, она поняла, что поджигать что-либо нет нужды. Несколько человек устроили здесь протестную акцию, легли на землю и отказывались двигаться, а сотрудники охраны пытались поставить их на ноги.

Идеально. Цинния направилась к коридору, в котором находились автомат Облачной Точки и туалеты. Внимание всех проходивших мимо было направлено на участников потасовки.

Она оглянулась и убедилась, что все спокойно. Дойдя до автомата Облачной Точки, она присела и пошла гусиным шагом, чтобы не попасть в поле зрения камеры. Миновав опасную зону, встала и прошла в туалет. У него не было двери, просто ведущий к нему проход образовывал прямой угол, выглянув из-за которого можно было заглянуть в помещение с раковинами. Цинния заглянула в мужской туалет, там было пусто. Затем зашла в женский. Из-под стенки одной из кабинок виднелись сандалии на платформе. Отлично. Цинния выбрала кабинку, села на унитаз и сосредоточилась на собственном дыхании. Женщина в сандалиях на платформе спустила воду, вымыла руки и ушла. Времени на это ушло больше, чем хотелось бы Циннии, но, по крайней мере, в туалет больше никто не вошел.

Цинния снова заглянула в мужской туалет. По-прежнему никого. Она быстрым шагом вышла в коридор. В конце коридора несколько человек прошли в одну и ту же сторону, к остановке трамвая.

Цинния, прижимаясь к стене, встала у основания автомата Облачной Точки на четвереньки, потом на колено и выставила ступню. Одной рукой развязала, вытянула шнурок и бросила на пол, тогда как другой достала футляр. Открыла его, вытащила трубку от шариковой ручки и вставила ее в цилиндр замка. Повернула с усилием. Тонкая металлическая панель отошла от стенки автомата.

В полости за панелью среди проводов и компьютерных чипов Цинния стала на ощупь искать свободный USB-разъем. Ощупывала поверхности, которых не могла видеть. Сердце учащенно билось. Она стала думать, что будет делать, если свободного разъема не окажется.

В конце коридора к дверям прошло еще несколько человек. В коридор никто не свернул.

Но рано или поздно кто-нибудь свернет.

Она нашла пальцами свободное место, которое могло бы быть разъемом. Рискнула взглянуть на него.

Нет. Не то.

Продолжала искать.

Цинния уже готова была отказаться от дальнейших поисков, когда нащупала невысокий тонкостенный выступ прямоугольной формы. Она вставила в него USB-разъем «крысы», мысленно сосчитала до десяти, затем добавила на всякий случай еще одиннадцать и вытащила разъем «крысы» из гнезда.

Шаг первый.

Она закрыла панель Облачной Точки и завязала кроссовки. Сердце бешено колотилось. Она прошла несколько метров, опираясь на колени и ладони, затем поднялась в полный рост и торопливо вышла из коридора в вестибюль. Прошла к лифтам и, переминаясь с ноги на ногу, подождала, пока разойдется толпа, собравшаяся у остановки трамвая, а у лифта соберется побольше народу – в таком случае увеличивалась вероятность, что кто-нибудь из пассажиров лифта выйдет на ее этаже. В это время показался Пакстон, он шел от остановки трамвая в коридор.

Не столько шел, сколько плелся. Руки вяло висели по бокам. Дважды он останавливался и смотрел на них, но с такого расстояния Цинния не могла понять, зачем он это делал. Она зашла за киоск, где продавались карты, чтобы Пакстон, случайно обернувшись, не заметил ее.

Пакстон

Пакстон помахал ладонью перед сенсорным датчиком движения, пускавшим воду над раковиной. Больше всего на свете ему сейчас хотелось смыть с кожи клейкую засыхающую кровь.

Вода не потекла. Он сложил ладони чашечкой и подвигал ими вверх-вниз, затем описал круг под краном. Ничего. Он помахал кистями рук. Увидел в серебристом кране отражение своего лица.

Сжал кулак и ударил по крану. Раз. Другой. Оставил на нем кровавые пятна, чтобы больше не видеть своего отражения.

Он знал, что человек на путях мертв, но все же, несмотря на такое обилие крови, пощупал у него пульс. Одного из спасателей, также оказавшегося возле трупа, вырвало, и он убежал. Пакстон помог другому переложить тело в пластиковый мешок. Как будто сумка с монетами.

Он закрыл глаза. Вдохнул носом. По очереди подставлял кисти рук под кран. Наконец из него потекла тонкая струйка воды. Он намочил кисти, выдавил на них из дозатора жидкое мыло и потер ладони друг о друга. Вода была теплая, а ему хотелось горячей, чтобы обжигала. Хотелось счистить поверхностный слой кожи. Даже вымыв руки, он чувствовал на них кровь.

Он вышел из туалета, прошел мимо Облачной Точки, нижняя панель которой была приоткрыта. Он наклонился, прикрыл ее, но до конца закрыть не удалось. Мешал язычок замка. Пакстон провел пальцем вдоль замка и обнаружил небольшой кусочек застрявшего в нем белого пластика.