Читаем Скитальцы полностью

Разбудил меня тихий свист Роману, когда уже совсем стемнело. Судя по расположению звезд в ясном небе, было около полуночи. Лэй, над головой которого снова висел огненный шарик, выбрался из осоки, я за ним.

— Что так долго? — спросил ушастик.

Лис оскорбленно пожал плечами:

— Не нравится — шел бы сам.

— Где лошади?

— На конюшне постоялого двора. Идемте. Осторожнее: вокруг города ходят наряды стражи.

Мы двинулись вслед за вором, который завел нас сначала в маленькое селение у реки. Здесь уже все спали, было тихо и темно. В одном из дворов подала голос собака, но эльф остановился, едва слышно что-то прошептал. Лай перешел в дружелюбное повизгивание, потом пес громко зевнул и затих. Мы запетляли вокруг маленьких домиков, припадая к земле при появлении патруля.

Когда последний ряд домов остался позади, мы увидели городскую стену, к которой деревенька лепилась почти вплотную. Роману пошел впереди, ощупывая серые камни стены и что-то шепотом отсчитывая. Наконец остановился, выбрал один камень у самой земли и принялся его расшатывать.

— Чего замерли? Помогите!

Лэй заложил руки за спину в знак того, что слишком хрупок для такой грубой работы, а я взялась за дело. Оказалось, большой валун ничем не закреплен в стене. Вдвоем с Лисом мы довольно легко его извлекли, и перед нами открылся лаз, уходящий под землю.

— Старая галерея, — прошептал Роману. — Ее давным-давно заложили, но местные бродяги разобрали.

— Быстро ты нашел сведения. — В голосе Лэя звучала тщательно скрываемая зависть.

— Купил, — похвастался вор. — С вас, кстати, по леону.

— Внутри рассчитаемся. — Лэй с мешком на плече ловко спустился в лаз. Огненный шарик полетел перед ним.

— Камень надо будет задвинуть, — невозмутимо проговорил Роману, ныряя вслед за эльфом.

Я подождала, пока они отойдут подальше, чтобы не столкнуться, и тоже полезла в нору. Пришлось спускаться ногами вперед. Потом сложила на землю оружие, высунулась наружу, ухватила камень и потащила на себя. Чтобы в одиночку, согнувшись в три погибели, сдвинуть такую махину, пришлось погрузиться в раш-и. Сил прибавилось, и камень встал на место. Развернуться не получилось — места не хватило, и я поползла задом наперед, волоча за собой фламберг, лук и колчан со стрелами.

Путешествовать таким образом пришлось недолго. Вскоре я ощутила свободу и остановилась, услышав сдержанные смешки. Я поднялась, оглянулась и поняла, что нахожусь в узком проулке между домами. Неподалеку стояли Роману с Лэем и радостно хихикали над моим странным способом передвижения. Почему-то меня это очень разозлило. Впервые подумалось: а может, не так уж плохо быть хрупкой, слабой — такой, как эльфийские и человеческие женщины? Ведь что выходит: эти мортовы дети выбрались, предоставив мне одной задвигать огромный камень, а теперь надо мною же и потешаются!

Я широко улыбнулась, отчего с эльфа сразу слетела веселость. Роману еще не знал, что означает мой радостный оскал, и продолжал хихикать. Я медленно подошла к ним, дружелюбно похлопала по плечам, а потом резко столкнула лбами — совсем легонько, чтобы не покалечить.

— Ты сдурела, зеленая! — воскликнул ушастик.

— Я вор, а не игрушка! — поддержал Роману, потирая лоб.

Не обращая внимания на их возмущение, я спросила:

— Куда дальше?

Вор досадливо махнул рукой и зашагал вперед. Я пошла за ним. Злость улетучилась, обида тоже: ну, кто из человеческих женщин или худосочных эльфиек сумеет набить шишек сразу двум парням? Мы долго пробирались по задворкам и наконец вышли к длинному двухэтажному дому.

— Постоялый двор, — объяснил Роману. — Конюшни только для гостей, так что я снял здесь комнату. Но вам через дверь идти нельзя.

Пришлось лезть в окно, благо комната была на первом этаже. Мы наскоро перекусили и принялись укладываться.

— Кровать одна, так что придется вам спать на полу, — важно произнес вор, укладываясь на мягкое ложе, застеленное чистым бельем.

— Это с чего бы? — возмутился Лэй.

— А с того, что комнату снимал я, значит, и кровать моя, — невозмутимо ответил Роману. — Кстати, с вас по криону.

— Дороговато, — обиделся ушастик, передавая вору две серебряные монеты за комнату и две золотые — за покупку сведений о подкопе в город.

Я подошла к кровати, молча дернула за простыни. Вор скатился на пол.

— Ты что сегодня, дурманной травы наелась? — воскликнул он.

Я задула чадившую на столе свечу, поправила белье, улеглась в кровать и спокойно пояснила:

— Это мое место.

— Почему? — хором воскликнули Лэй с Роману.

— Потому что я леди. И хрен вам.

Ответом было изумленное молчание. А я лежала и улыбалась в темноте. Почему бы нет? Воин тоже может быть леди. Одно другому не мешает.

— Нежности какие! Прямо Степной изумруд, а не зеленая баба, — обиженно пробурчал вор, укладываясь на пол.

— Что такое Степной изумруд? — удивилась я.

— Да так… — подозрительно небрежно произнес Роману. — Я спать хочу…

— Нет уж, расскажи! — потребовала я.

Но Лис уже старательно храпел, изображая спящего.

— Это и я могу рассказать, — с усмешкой в голосе сказал Лэй. — Вообще-то стыдно не знать о таких вещах. Это ведь история твоей родины.