Читаем Схолариум полностью

Теперь Софи поняла подоплеку загадки, которую де Сверте в своей преступной надменности придумал для Штайнера. Он разделил материю: отделил рукава от плаща, башмаки от ног. Он верил, что стоит выше Штайнера и, по крайней мере частично, был прав, потому что вторую загадку магистр так и не решил. Наверное, он до сих пор ломает голову над квадривиумом. А ведь ничего нет проще если посмотреть на вопрос карлика повнимательнее, сразу же возникает мысль о величинах. Но ведь именно этого философы и не умеют, объяснил карлик: внимательно смотреть. В принципе философ в своем мире слеп как крот, он верит только в то, во что хочет верить, но не в то, что видит, слышит или воспринимает другими органами чувств.

Софи подумала о Штайнере. Будет ли он искать Иосифа Генриха? Про этот дом ему ничего неизвестно, здесь он никогда ее не найдет.

В углу комнаты стоял блестящий щит со странными символами. В центре замкнутый треугольник, внутри которого — меч; справа и слева странные знаки: один из них похож на бидон с маслом, другой — на скипетр. По краям щита снова символы: знаки зодиака и еще что-то, неизвестное Софи.

— Ну, — де Сверте улыбнулся в ответ на ее вопросительный взгляд, — это магический круг, но он меня уже не интересует. Много лет назад я начал заниматься черной магией, заговариванием демонов, но очень быстро охладел к этому, потому что это просто колдовство, не имеющее никакого отношения к изучению природы. Щит — это единственное, что я сохранил с тех времен, потому что он имеет определенную ценность…

Он задумчиво повернулся к своему тиглю, в котором снова бурлила серная смесь.

— А вот философия, которую изучают на факультете, она никакой ценности не имеет, — мрачно произнес он несколько минут спустя, — поверь мне, на века сохранится только наука, которая занимается материей. А тебе известно, что Альбертус Магнус в своем «Libellus de alchimia» точно описывает, как именно следует обращаться с субстанциями? Видишь вот этот порошок? Я приобрел его у одного торговца. Он должен продемонстрировать магические свойства, для этого мы подержим в нем сосновую щепку. С помощью толченого угля и серы он приведет в движение волшебные силы, подобно пороху… — Он обернулся. — Видишь, все побелело. Если провести тройную очистку, смесь будет постепенно терять цвет. Ни в коем случае нельзя добавлять соль, хотя так написано в книгах, потому что эта смесь должна быть летучей. Подай мне щепку.

Софи подошла ближе. Она чуть ли не с благоговением сжимала в руке сосновую щепку.

— Вы же не собираетесь поджечь смесь? — спросила она, заглядывая в сосуд.

— Порошок должен соприкоснуться с огнем напрямую. Иначе он не станет летучим.

— А если он загорится?

Быстрый взгляд в ее сторону:

— Он ведь должен горсть. Отойди подальше, если боишься.

Она отошла в самый дальний угол. Не надумал ли карлик спалить дом? До сих пор огонь горел только под его тиглями, но если он подожжет всю смесь?..

Он бросил в варево щепку. А потом она увидела его искаженное лицо. Он точно знал, что делает. И если бы эта смесь вызвала из преисподней черта — он бы все равно не отказался от своего замысла. Хотя смесь не горела, она просто шипела и тлела. И вдруг молнией взметнулась вверх. Карлик отлетел в сторону, прижав к телу почерневшую и дрожащую руку, ту, которая была обращена к плите. Он упал на пол, и Софи больше уже ничего не видела, потому что всю комнату заполнили дым и чад. Вокруг еще бурлило и булькало, а посреди комнаты в дыму вращался огненноцветный столп, подобный урагану; он сначала рос, а потом жадно и быстро принялся пожирать все вокруг. Теперь действительно загорелось все. «Мариус! Мариус!» — закричала Софи. Но к создателю этого ада было не пройти. Уже никто не мог помочь де Сверте. Она должна попытаться выбраться! Языки пламени подбирались к ней сзади, все ближе и ближе. Софи в страхе осмотрелась. На скамейке в углу должен быть топор. Она схватила его на ощупь, потому что от дыма и чада глаза у нее слезились, и начала ломать дверь. Жар становился все нестерпимее, запах все резче. Наверняка совсем скоро рухнет крыша. Матерь Божия, что натворил проклятый карлик! Наконец первые доски вывалились наружу. Образовалась щель, достаточно широкая, чтобы в нее протиснуться. Когда Софи вылезла, вокруг уже суетились разбуженные шумом соседи.

— Вон кто-то выбрался из дома! — закричал какой-то мужчина.

Все таращились на нее до тех пор, пока не сжалилась одна из женщин. Она подошла к грязной, всхлипывающей Софи и оттащила ее подальше.

— Есть там еще кто-нибудь?

Софи кивнула. Да, в доме был еще один человек, он еще там, но ему уже не поможешь. Карлик давно сгорел, обуглился, превратился в пепел и навеки покинул этот мир.

— В этом доме кто-то живет? Мы думали, он пустует.

Это вопрос задал один из стражников, опуская в колодец ведро.

— Его покинули, — пробормотала Софи. — Там больше никого нет.

— А ты? Что ты там делал? Ты ведь студент, не так ли?

Софи кивнула. Ей подали стакан воды, она с жадностью выпила.

— Где ты живешь?

— У сенного рынка.

— Мы тебя отведем.