…Покинув офис, Полемос не могла отделаться от мысли: вероятно, некоторые люди появляются на свет уже мёртвыми. Никколо Макиавелли – один из них. Полное отсутствие эмоций, холодный расчёт и пристрастие к идеальной работе. Флорентиец был зачат для загробного мира. Сняв перчатку, она набрала номер и поднесла телефон к уху, ожидая вызова. Полемос больше не принадлежала миру теней, она стояла на улице в образе блондинки в розовом пальто и сапожках до колен. О деле они договорились заранее, осталось лишь подтвердить. Трубку сняли. Девушка сказала несколько слов.

…Убедившись – человек на другом конце провода понял её, она выключила связь.

Глава 7

Дефлорация

^{(квартира на улице Савушкина, в то же время)}

…Я опускаюсь на колени. Так будет удобнее.

Я видел это много раз в фильмах соответствующей направленности. Нужно, чтобы женщина возбудилась. Подобные действия сейчас производить модно. Правда, во времена упадка Римской империи они также были популярны, но впоследствии сошли на нет. Тут призадумаешься: есть на Земле хоть что-то вечное, или одни сплошные повторы?

Она лежит передо мной. Прерывисто дышит.

Перед этим мы долго целовались. Да уж, выпили мы крепко, а алкоголь прибавляет страсти. Людям прибавляет, по крайней мере, – мне-то он на вкус как проточная вода.

Она уже раздета. Полностью. То есть совсем.

Самое первое впечатление – мужчинам я не завидую. Это же ужас – снимать с женщины столько одежд, особенно зимой. Юбка, свитер, футболка, тёплые колготки, трусики, лифчик – да тут упаришься, как гладиатор, ещё до начала искомого процесса. Конечно, можно было попросить Хельгу раздеться самой. Но я типа изображаю страсть, а под её действием у мужчин принято срывать с девиц покровы. Сомнительное правило – я запутался в лифчике и чуть не упал. Пока что мне не очень нравится. Прелюдия должна вызывать возбуждение, а не порыв хлопнуть дверью и сбежать вниз по лестнице. Но… назвался груздем – полезай в кузов.

Я облизываю губы. Берусь за её бёдра. И приступаю к пиршеству.

Я уже имел счастье наблюдать, как это делается: в невидимости есть свой плюс. Нет, не подумайте, я не извращенец, мне не свойственно гулять тайком по женским баням и раздевалкам. Просто придёшь иногда за душой старенькой бабульки, приходится пробираться к ней через комнату, где ахает парочка, – поневоле обратишь внимание.

Я начинаю нежно. Постепенно. Куда мне торопиться?

К моменту, когда я начинаю убыстрять темп, Хельга тихо стонет. Я ощущаю не удовольствие – ученическую радость ботаника: от того, что делаю всё правильно. Её пальцы зарываются в мои волосы с двух сторон. О, Мастер сейчас гордился бы мной.

Минут через десять она вскрикивает, сжав мне голову ногами.

Я так понимаю, всё закончилось. Что дальше? К счастью, Хельга даёт ответ.

– Возьми меня…

Так и хочется ответить фразой из анекдота: «Спи, дорогая, мы никуда не едем».

Приподнявшись, я бросаю мимолётный взгляд вниз. Беспокоиться мне нечего, ТАМ всё уже готово. Мысли рвут друг друга в клочья, чувствую смятение и дрожь: ЭТО сейчас случится. Я не в курсе насчёт братьев Лимоса и Никао: кажется, они никогда не интересовались сексом (да и вряд ли женщины рискнут лечь в постель с такими симпатягами). Полемос давно не девственница. Она периодически заводит любовников из числа людей, но не по необходимости, а лишь для поддержки имиджа ледяной леди. Предположу, что сестра ни на грош не наслаждается людскими ласками. Насколько я её знаю, главные ощущения для Полемос в постели – это власть, унижение и диктат.

Я действую дальше, согласно инструкциям порно.

Главный принцип тот же – начать с несильных движений, а потом ускорять. К чему у людей есть понятия – хороший и плохой любовник? По-моему, такая техника по плечу даже дебилу. Хельга обхватывает мне спину ногами. Я расстаюсь с невинностью на старом диване… Впрочем, он застелен чёрными простынями, весьма символично.

– Да… да… да… пожалуйста… ещё…