Читаем Сказочник полностью

– Ну, ты и завернул, – хмыкаю я. – Тебе вообще известно, чем пахло Средневековье? Главная вещь, раздражающая меня со времён изобретения Интернета, – претензии на всезнайство. Никто и ни о чём не в курсе, но обязательно выскажет свою точку зрения. Я хорошо помню средневековый Париж, от земли до облаков забитый ароматами кислой блевотины, гниющего мусора и разлагающихся чумных трупов. Этот парфюм ты имел в виду? Тогда бы, дорогой мой, я слушал гриндкор – нечто такое вроде Anal Cunt.

– Как вам угодно, сэр, – пугается Элвис. – Признаю свою ошибку, сэр.

– Да твою мать, не в этом же дело! – завожусь я. – Для меня любая музыка всегда была посторонним шумом, какофонией – мрачная или нет, значения не имеет. Это вы, вы сами себе вбили в голову, что я мрачный. Да с чего? Я знаю наизусть миллион анекдотов – коллекционирую с основания человечества. Мне нравятся хорошие выступления стенд-ап комиков, даже «Камеди клаб» раньше смотрел, пока он не скатился в говно. Наконец, качественные смешные комедии – то, что доктор прописал. У меня хреновая работа, мистер Пресли, и мне надо расслабляться. По твоему мнению, если я за сутки нагляжусь кровищи, оторванных голов, выпущенных кишок, то потом приду домой, включу телик и опять начну любоваться внутренностями? С удовольствием забрал бы души всего персонала НТВ… Если включить их канал – полный эффект посещения мясной лавки.

– Никто не будет плакать по НТВ, сэр, – соглашается Элвис. – Скажу вам, сэр, по секрету – временами мне кажется, что я давным-давно вошёл в Бездну и попал в ад. Серьёзно. С каждым днём мир живых становится всё хуже. Разве могут процветать в реальности такое убогое телевижен, страшно чудовищная мьюзик и столь отвратительные фильмы? Нет. Это морок, королевство кошмаров. Вероятно, местное население состоит в секте абсолютных пофигистов, или все подключены к единому аппарату, закачивающему в мозг ЛСД. Иначе люди давно бы уже разгромили эту фрик-богему и свергли правительство.

Я недовольно морщусь.

– Чем больше революций, тем меньше мест на кладбищах, – размышляю я, не скупясь на осколки льда в голосе. – Я вообще сторонник авторитарных режимов – не таких, как у Мао. Российский подойдёт. Полное болото в смысле политики, зато мало трупов, и в крематориях оппозицию на удобрения не переводят. Существуй Дед Мороз, я попросил бы у него увеличить здесь продолжительность жизни, ввести запрет на продажу водки – и вообще получилось бы Государство Солнца в стиле Томмазо Кампанеллы.

– А Америка вам нравится, сэр? – робко спрашивает Элвис.

– Только продолжительностью жизни и культом здоровья. – Я смотрю в окно на серые облака. – Война в Ираке и Афгане, бомбёжки Ливии, а я у них как мальчик на побегушках – ношусь, души собираю. Когда Буш отбросит коньки, я возьму его в офис уборщицей.

Элвис не возражает. Это при жизни есть смысл быть патриотом, а когда ты умер, твоя национальность уже значения не имеет. Ты – безликая тень, твоя душа принадлежит мне. Мы летим высоко: если никто не видит, я превращаю машину из призрака в настоящую, – дверцы «мустанга» покрыты изморозью. Стараюсь не смотреть вниз. Понимаю, смешно, но… даже себе могу признаться только шёпотом: я… боюсь высоты. На заре появления человечества я и в страшных фантазиях не предполагал: скоро мне придётся носиться в облаках из одного конца Земли в другой.

Вам что, кажется это забавным? Нечего тут ржать!

Элвис вновь меняет тему. У него талант. Не был бы певцом – стал бы дипломатом.

– Вы когда-нибудь встречали Адама, сэр?

– Нет, к сожалению, – говорю я, снимая сосульку со своего человеческого носа. – И посему не уверен, что он не мифическое существо. Если бы Библия являла собой стопроцентно правдивую повесть, я захлебнулся бы счастьем. Там пишут: Адам жил до 920 лет, Ной – до 950, а Мафусаил и вовсе типа перевалил за 969 годков. Люди в возрасте почти тысячи лет! Это вечный отпуск. Я уехал бы на Мальдивы, снял бунгало и предался чтению книг. Нет, Элвис, я не работал в Эдеме и не встречал библейских персонажей. У меня вообще плохое впечатление от древнейших обитателей Земли. Первый, кого я провожал в Бездну, вёл себя крайне неинтеллигентно – орал, пытался укусить меня гнилыми зубами и ударил дубиной. Я, разумеется, не пострадал, но наглость поразительная. В тот момент я как-то сразу понял: вряд ли это Адам. Я не придерживаюсь и теории Дарвина… Люди напоминают скорее свиней, нежели обезьян. Но ведь откуда-то они здесь взялись? Теоретически, их создал тот, на кого я работаю… и кому официально подчиняюсь, пусть сие давно пустая формальность.