— Нет у енотика хвост полосатый, я сам в мультфильме видел, — покачал головой здоровенный парень, задумчиво почесав бритый затылок. — А у этого черный, как у хорька.

— Даже не представляю, что Пономарь теперь сделает с ним, — нервно хохотнул не в меру накачанный коротышка со вставной челюстью. — Это же надо, сына самого Пономаря отпетушить битой такого калибра! Это же на весь Ежовск позорище!

— Но мы, же никому об этом не расскажем? — нехорошо посмотрел на него один из шестерок Пономаря.

— Ясно дело, нет! — испуганно пробормотал тот.

— Ну, вот видишь! А кто-то советовал мне, добей, добей! — презрительно сплюнул бородатый. — Мне почему-то кажется, что Пономарь захочет сам поквитаться с Сенсеем за сынулю. Так зачем же человека лишать удовольствия?

Глава 13

Древний Египет, Мемфис.

Сети ощутил, как по его щекам струятся горячие слезы. Не стыдясь своей слабости, он подошел к каменному алтарю, на котором, лежало тело Нефертау.

Движимый внезапным порывом сострадания Некра негромко сказал:

— Если бы ты, Фараон, не прервал ритуал, я бы вернул Нефертау к жизни.

— Тебе не удастся обмануть меня еще раз! — вскричал разъяренный Сети, стремительно поворачиваясь к парасхиту.

— Мне нет нужды лгать! Моим излюбленным инструментом является острый парасхитский нож! Ложь — это излюбленный инструмент фараонов! — гневно выкрикнул Некра. — Перед лицом Осириса и его верного Анубиса, я говорю, что ты Фараон Сети Второй презренный вор! Ибо, ты трижды похитил у меня возлюбленную!

— Нефертау была твоей возлюбленной? — в гневе вскричал Сети.

— Первый раз ты украл у меня Нефертау, когда силой, против воли, забрал ее во дворец и сделал царицей! — гремел обличающий голос Некра по подземелью. — Второй раз, ты украл ее у меня, когда довел ее до того, что она от отчаяния ушла из этой жизни! И в третий раз, ты украл ее у меня сегодня, когда я пытался вернуть ее обратно!

— Не всякая шлюха спутается с таким ничтожеством как парасхит! — взревел Сети, подступая к Некра с обнаженным мечом. — А это значит, что Нефертау воистину достойна звания царицы, царицы шлюх! После того, что я узнал, ей самое место в безымянной могиле! Но нет, мы сделаем еще лучше! Эй, стража, вытащите тело этой неблагодарной твари отсюда и бросьте в пустыню, на съедение шакалам! Теперь у нее не будет не только имени, но и могилы!

Смуглое лицо Некра побелело от ужаса. Он понял, что в запале, своими необдуманными речами нанес Нефертау непоправимый вред. Фараон собирался свершить воистину страшное. Потеря имени для египтянина было самым ужасным проклятием! Человек без имени переставал существовать, он как бы никогда и не жил. Отныне его душа была обречена скитаться в мире живых вечно, не находя себе дороги и успокоения в мире мертвых. Ибо для того чтобы предстать на страшном суде перед ибисоголовым Тотом ей нужно было назвать свое имя.

Некра лихорадочно соображал, как исправить положение. Сети собирался бросить дивное тело Нефертау на съедение диким зверям, словно издохшее вьючное животное или труп облезлой собаки! Имя Нефертау не будет выведено дивными иероглифами на бинтах ее мумии! Потому что мумии не будет. Тело его любимой разорвут на куски и растащат шакалы по всей Ливийской пустыне, которая отныне станет ее могилой! Мстительный жестокосердый Фараон обрекал несчастную душу Нефертау на вечное скитание по бренной земле!

Сети, собиравшийся уже было снести мечом бритую голову своему обидчику, неожиданно остановился. Чудовищная метаморфоза, неожиданно произошедшая с лицом парасхита, напугала и одновременно озадачила его. Как он мог разглядеть в этой отвратительной с явными следами вырождения наполовину звериной морде благородные черты? Вяло распущенный рот негодяя, из которого текли слюни, скривился в глумливой усмешке.

— Фараон, ты совсем спятил! Видимо, сокол, что красуется посередине твоей короны, выклевал тебе мозги, а его соседка кобра выела остатки! — презрительно расхохотался Некра. — А быть может, у тебя никогда и не было мозга? Ибо только воистину безмозглый может поверить парасхиту!

— Говори! — решительно потребовал Сети, опуская меч.

— Хочешь знать истинную причину, по которой тело царицы Нефертау все еще не тронуто разложением? — гадко ухмыляясь, спросил Некра, почесав свою мошонку. — Ты когда-нибудь видел наших женщин? Одна кожа да кости, как у старых облезлых кляч. Тебе живущему во дворце и имеющему в своем распоряжении табуны красавиц, никогда не понять нас несчастных парасхитов. Единственная причина, по которой тело царицы так и не стало мумией, состоит в том, что парасхитам недоступны такие роскошные женщины как твоя Нефертау.

— Успели ли вы надругаться над телом царицы? — прохрипел взбешенный Фараон, вне себя от горя.

— Спроси у нее сам, — издевательски расхохотался Некра и, кривляясь, сделал неприличный жест. — Она ответит тебе, что к ее большому сожалению нам помешали! А ведь она с таким нетерпением ждала этого дня! Подумай сам, как можно сравнивать твою тощую стрелу с целым колчаном крепких парасхитских дротиков? Кроме того…