Читаем Сканеры полностью

— …и с точки зрения языка, с позволения сказать, «перевод» — это слишком громко сказано, — невозмутимо продолжал он.

Его речь напоминала актеров с канала «Старая добрая классика». «С позволения сказать» — кто так вообще сегодня говорит?

— Но если книга бесплатна, то кто будет платить переводчику? — по-прежнему вещал голос. — Таким образом, при содействии ООО «Скан» сначала обанкротились писатели, а немного спустя — и те, кто переводил их произведения.

И что, мне теперь жалеть его? За то, что он — пережиток другой эпохи? Писатели вымерли как вид. Естественный отбор. Я вновь прибегнул к фразе, заученной на семинаре у Номоса.

— Заслуга ООО «Скан» заключается в первую очередь в том, что о них вообще кто-то помнит. Концерн «Ультрасеть» создает уникальный архив мировой литературы!

— Кладбище, на которое никто не заходит, — ответил вымерший вид.

Постепенно это полоскание мозгов меня доконало. Понять, о чем я должен иметь понятие, а о чем не должен, и чему мне следует верить, а чему — нет, было уже невозможно. Мне нужно было время и покой, нужна была моя кровать и мои Примочки! Мне хотелось выйти на связь с Йойо. Что бы он на все это сказал? Йойо наверняка смог бы дать достойный отпор банде Бергмана. Лучше, чем я. Я, должно быть, представлял собой довольно жалкое зрелище.

— Можешь ли ты представить себе жизнь без Ультранета и Примочек?

Стоп. Этот голос мне уже был знаком. Откуда мне знакома эта женщина — из фильма на Примочках или из аниматора? И что станет делать кинозвезда в этой «Гильдии книгочеев»?..

— Раньше с помощью новых технологий можно было выразить протест, — продолжил знакомый голос.

В каком же фильме я ее слышал?

— В сети люди организовывали акции и сходки. Пока все не стало принадлежать одному концерну. А концерны заинтересованы в зарабатывании денег, а вовсе не в свержении верховной власти.

По крайней мере, она была уже явно немолода. Старая добрая классика.

— «Заглушить!» — приказала власть. И известный нам концерн глушил соединения между Примочками и накладывал цензуру на все, что попадало в сеть, пока протест не иссякал.

Она озвучивала добрых персонажей или злых? Героев или злодеев? Голос был мне знаком — это было однозначно. Очень хотелось спросить откуда, но его обладательница не давала вставить и слова.

— Если ты отрезан от сети, у тебя нет шансов. Неизвестно даже, где живут твои собеседники. Ты знаешь их только по профилям Ультранета. Интересно, сколько же протестов удалось подавить, включив Ультранет — эту машину, отвлекающую пользователей от реальной жизни?

Арне прокашлялся и этим положил конец спектаклю. Впрочем, и от него мне досталась порция мудрых советов с высоты возраста.

— Когда я назначаю тебе встречу, не стоит искать дорогу по Ультранету.

— Встречи не будет, — прошептал я себе под нос так, что еле услышал сам.

— Спроси дорогу на улице, у прохожих, у которых нет Примочек. Номос и суперсканеры уже наступают нам на пятки.

Повисло недолгое молчание. Он что-то подозревает? Знает о награде за его голову?

— Все, что ты видишь через свои Примочки — неважно, ограничиваешь ты к ним доступ или нет, — могут видеть и они. Все твои действия в Ультранете им известны. Поэтому, чтобы привести тебя сюда, нам пришлось потрудиться.

Я вспомнил о том, что остался без своих любимых Примочек, о дорогущих тортах без ароматизаторов, о самой дорогой за всю мою жизнь поездке на такси и со злости покачал головой. Все равно никто бы не увидел.

Слова Арне Бергмана медленно просачивались ко мне сквозь темноту, пока не достигали моих ушей.

— С чего ты взял, что Номос знает о нашей встрече?

— По мнению Номоса, я — опасный преступник. Имею я основания так полагать?

— По крайней мере, в определенных списках ты — в первой десятке.

— В таком случае, связался ли он с тобой после того, как мы с тобой вчера встретились в маглеве? После того, как получил отчет Йойо? Вызвал ли тебя к себе?

Об этом я не задумывался.

— Номосу необходимо, чтобы мы встретились. Он хочет, чтобы ты привел его к нам, в наши тайные убежища. Не только к этому форпосту. Он хочет проникнуть в самое сердце «Гильдии».

Арне выждал момент, и его следующие слова огрели меня, как удар.

— Или ты что, надеялся сам сорвать весь куш и поэтому сюда явился?

Сорочка прилипла к обивке кресла. Повисла тишина. Не происходило ничего. Пока Арне сам не прервал молчание:

— Помни: никакого Ультранета, никаких Примочек. Лучше пошевели собственными мозгами. По крайней мере когда соберешься со мной увидеться.

Прямо по больному месту. Сил моих больше не было. Я ждал, когда все это закончится, как школьник — звонка с урока.

— Помнишь, что тебе сказал голос в том послании, которое мы отправили тебе на Примочки?

— Нет, — соврал я.

И вспомнил буквы «Г» и «К» на фоне белого пера в конце сообщения. Меня передернуло. Значит, «Г» и «К» означали «Гильдия книгочеев». Арне повторил перед всеми собравшимися:

— Кто сканирует книги, стирает твое прошлое и твое будущее.

Пауза.

— Подумай об этом, — продолжил он. — Мы еще увидимся. В следующий раз скажешь, за нас ты или нет. На сегодня встреча окончена.