Читаем Сканеры полностью

«Бла-бла-бла», — подумал я. Слишком много букв. Кажется, у местных пенсионеров это вообще было принято.

— …книга выходила, мы все были на седьмом небе. И автор, и издательство, и я. Я — литературный агент.

В первый раз за все время я обрадовался, что в комнате темно и никто не видит, что я тут сижу в кресле и абсолютно не въезжаю в то, о чем они все. Дама вливает в мою голову очередной багаж знаний по истории книгопечатания? Стоп. А что, если это просто промывка мозгов? Вербовка очередных членов «Гильдии»? Да, точно! Обработать меня решили. Лапши навешать. Будто я поверю в эту чепуху про существование авторов и издательств.

Но со мной, с Робом, литературным агентом ООО «Скан», настоящим литературным агентом, это не пройдет. И наконец в моей голове всплыли нужные слова, которые вдалбливал нам на семинаре Номос (назывался он, кстати, «Ода книге и другие враки»).

Я наклонился вперед.

— Прекрасно. Читатели, значит, радовались выходу книги, за которую им приходилось платить большие деньги. Но это не совсем честно. Почему позволить себе прочесть книгу мог не каждый? Прочесть ее в любой момент и бесплатно? Даже тот, у кого не было на нее денег. Почему книги должны были оставаться только привилегией богатых?

Я замолчал, подбирая финальное предложение, которое и нанесло бы сокрушительный удар.

— Издательства — это прошлое! Будущее — за «Ультрасетью».

Это должно было прозвучать гордо, но голос меня подвел. Слишком много букв. Нудеть по полчаса, как члены «Гильдии», я не умел. Не было соответствующего опыта.

На бритой макушке проступили капли пота. Я провел рукой по лбу. Хорошо, что меня никто не видит и можно незаметно вытереть мокрые пальцы о подлокотник.

В голове всплыло одно из последних выступлений ППП. Их противостояние «Ультрасети» распространялось и на борьбу с надором. Переделали рекламу «Надор сделает вас сытым и счастливым». Зрительный ряд остался тем же, только слоган стал другим: «Надор убивает ваше желание жить». Йойо мне ее скинул на Примочки.

Я вгляделся в темноту. Даже попытался подержать перед глазами ладонь, но и ее не было видно. Присутствующие молчали и ждали чего-то от меня. Они не только прекрасно умели нудеть, но и молчать умели не хуже. Ну и пускай молчат, сколько им заблагорассудится. Для меня допрос окончен. Настала пора выбираться — причем чем быстрее, тем лучше.

Пока я раздумывал, на чем бы поскорее закончить, темное пространство снова заполнил голос пожилой дамы:

— Раньше мы, литературные агенты, создавали книги. Вы и Йойо, напротив, уничтожаете их.

Хотелось покоя. Не хотелось ничего обсуждать. Хотелось получить свои пятьсот тысяч и жить спокойно. Хотелось домой. Но постоянное капание на то, что мы все уничтожим, чашу терпения переполнило.

— Почему вы боитесь цифровой революции? Качество работы и результата всегда в цене! — ответил я в том направлении, куда, как мне казалось, она клонит.

Раздался другой голос, мужской, но это был не Арне, и говорящий был, вероятно, чуть старше его.

— И на что, скажите, пожалуйста, мне теперь жить?

— Что вы имеете в виду? — переспросил я.

— Я рад, что мою книгу читают и будут читать всегда и везде. Но на что жить мне, если ее будут читать бесплатно?

Следовательно, в этом подвале есть еще и писатель. Еще один источник, из которого сыплется слишком много букв. Дальше, видимо, будет хуже.

— Чтобы писать книги, мне приходилось все время путешествовать, проводить исследования, — продолжил он.

— Теперь все можно найти в Ультранете! Экономит время и деньги.

— А ты знаешь, что некоторые из моих собратьев по перу покончили с собой от отчаяния?

— От отчаяния, что теперь Ультранет может облегчить им жизнь? — парировал я. — В любом случае, где доказательства, что то, о чем вы говорите, — правда?

— А по-твоему, правда — это то, что написано в Ультранете? — спросил голос.

Я поклялся себе, что в жизни больше не встречусь ни с Арне Бергманом, ни с кем бы то ни было из его команды. Пора было отыскать выключатель и покончить с этим вешанием лапши мне на уши.

И вообще, что это за допрос такой? Мы с Йойо ограничивались тем, что отпускали глупые шуточки. Большего не требовалось. На большинство вопросов можно было ответить просто «He-а» или «Ага». Ни одного реального обсуждения между нами я не припомню. Меньше болтологии — меньше проблем. Похоже, в подвале «Малышки Кью» все было ровно наоборот: много болтологии и много проблем.

И похоже, этот труженик пера со мной еще не закончил.

— Ты говоришь, что чтение книг теперь станет общедоступным. Я всегда радовался, когда мои книги переводили на другие языки. Но ведь перевод — это совершенно особое искусство.

— Две секунды — и ультранет-переводчик переведет для вас целый многотомник.

— Автоматически. Это уже не будет произведением искусства. То есть перевод будет осуществляться без участия человека, и с точки зрения языка…

— Хватит читать мораль. И хватит вообще говорить, — вырвалось у меня.