Читаем Скайт Уорнер полностью

Смуглер попытался сглотнуть ком, неожиданно образовавшийся в горле. «Спайдер, этот кровожадный паук, решил повязать меня кровью! Если я откажусь, мне самому ампутируют глаза или, еще хуже, сварганят шедевр, что-то вроде „Яйца Вита Смуглера“. Отказываться никак нельзя», — промелькнули в голове Смуглера мысли.

— О’кей, босс… — прохрипел Вит.

— Колхени и Блистер тебе помогут. Действуй. Смуглер поднялся с кресла и вышел за дверь, с трудом передвигая ватные ноги. Вит, еще не веря в то, что он вышел из кабинета босса живым, спустился на скоростном лифте на самый нижний этаж, где располагался подземный гараж фирмы «Вакумклир».

Подвал гаража с железобетонными неокрашенными стенами освещался ярким светом неоновых ламп и четырьмя прожекторами по углам. Вдоль стен стояли ровными рядами электромобили, флаеры и лендспидеры.

Войдя в гараж через небольшую железную дверь, Вит Смуглер сразу же увидел длинный обтекаемый корпус черного лендспидера, возле которого возились два человека. Один был высокий, другой низкий и коренастый. Высокого звали Колхени. Он был одет в темные отглаженные брюки и серый пиджак поверх черной футболки с маленькой белой надписью «Вакумклир».

Колхени был профессиональным ганфайтером. Судья города Вестаун приговорил его к повешению за убийство. Правда, поговаривали, что тот парень сам нарвался, затеяв ссору с Колхени в баре «Черный Саймон». Говорили также, что Колхени позволил ему наполовину вытащить бластер из кобуры, прежде чем разрядил весь заряд своего оружия в грудь обидчику. Загвоздка заключалась в том, что покойник был сыном мэра города Вестаун. Убитый горем отец потребовал от шерифа и судьи голову Колхени. Но Колхени было не так-то просто взять. Он пережил и судью, и мэра, и шерифа с пятью полицейскими.

Теперь Колхени официально работал главным менеджером в фирме «Вакумклир» по продаже пылесосов. О своей работе он знал только то, что эти машинки чертовски здорово сосут пыль. В самой фирме его так ни разу никто и не видел. Считалось, что их главный менеджер не вылезает из командировок, куда его постоянно посылает начальство, что, по сути, было недалеко от правды.

Другой — Блистер — коренастый низкорослый крепыш с близко посаженными глазами и узким лбом, одетый в промасленные мятые брюки и потную темную майку, официально работал водителем грузовика в фирме «Вакумклир». Он развозил пылесосы клиентам, кроме тех случаев, когда был нужен начальству для других целей. Хотя в его мозгах явно не хватало извилин, это был расторопный малый. Да и баранку он крутил очень лихо.

Большой багажник машины был раскрыт, и эти двое пытались запихнуть в него продолговатый полиэтиленовый тюк, который никак не хотел помещаться в багажник. Из мешка торчали две ноги, обутые в яркие кроссовки с характерными тремя зигзагообразными полосами. Присмотревшись, Вит узнал в них кроссовки Виктора Браги. «Виктор выбыл из игры. При ином раскладе карт на его месте мог бы очутиться я, — подумал Смуглер, — сегодня мне определенно везет».

Тем временем мужчины закончили упаковывать труп и, словно крышку гроба, захлопнули багажник. Они отряхнули руки, как если бы делали что-то пыльное. Потом тот, что был повыше, достал пачку сигарет, вытряхнул из нее несколько штук и протянул своему товарищу.

— Босс велел нам немного прокатиться, мальчики, — сказал Смуглер, подойдя к Блистеру и Колхени.

Смуглер старался играть роль большого начальника. Он картинно стоял, засунув одну руку в карман брюк, а другой хозяйски похлопывая по черной полированной поверхности багажника, где покоился Виктор Брага.

— Босс велел решить нам одну проблему, — продолжал он, пристально оглядывая Блистера и Колхени, как это обычно делал Спайдер, — и чтобы вы знали, то скажу вам, парни, проблема заключается в Круле Мордере.

— Никаких проблем, Вит, — сказал Колхени, криво усмехаясь, — мне никогда не нравился его стиль работы.

Блистер в ответ на реплику своего приятеля издал короткий смешок, напоминающий лошадиное ржание. Он вообще старался поменьше говорить в присутствии «старших», боясь чего-нибудь брякнуть невпопад. Блистер делал только то, что ему говорили, и никогда не размышлял о содеянном. Думать много вредно. Меньше думаешь — дольше живешь, таково было его основное жизненное правило.

— Оружие, надеюсь, при себе? — спросил Смуглер.

— В этой тачке, — Колхени показал на лендспидер, — оружия больше, чем в главном управлении Плобитаунского комиссариата полиции.

— Отлично, парни. Я доволен вами, — сказал он, продолжая подражать интонациями своего голоса Спайдеру, думая про себя: «Тупые гориллы».

— Куда едем? — спросил Блистер, открывая переднюю дверцу машины и садясь за руль.

— На Грин Роуд, в бар «Чико», да поживее, пока дичь не улетела из клетки, — приказал Смуглер, развалясь ни заднем сиденье лендспидера.

Колхени сел рядом с водителем. Он открыл встроенный бар и достал оттуда бутылку виски «Черный Саймон» два стакана для себя и для Смуглера.

— Может, хлебнем перед работой, босс, — предложил он.

Польщенный обращением «босс», Смуглер важно кивнул, протягивая руку за стаканом.