Читаем Синий мир полностью

К половине первого ночи с воскресенья на понедельник Хосс Тигартен уже четыре часа находился в своем «шевроле» напротив дома Дебби Стоун. Ее зеленый «фиат» стоял у тротуара, в квартире горел свет. Для маскировки он завалил себя стопками старых газет. Тем не менее ему хорошо были видны ее окна и силуэты крупных кактусов на подоконнике. Задница затекла от неподвижного положения, но он вполне комфортно ощущал себя кулем картошки на диване. Или автомобильным баклажаном, как минимум.

Лобовое стекло покрыли мелкие капли дождя. Боковое стекло водительской дверцы он предусмотрительно опустил, держа наготове свой «Никон», но Блондин все еще не показывался. Несколько машин промчалось мимо; их водители явно спешили куда-то по своим делам. Улица была совершенно пустынной. Только низко, не выше уровня колена стелющиеся полосы тумана медленно наползали со стороны залива.

Он с трудом боролся с зевотой. Сидеть предстояло еще долго. Порой он подумывал о том, чтобы нанять помощника для подобных ситуаций. Вечер нынче снова прошел без особых событий. Примерно в половине седьмого Дебби Стоун вышла из дому и направилась вниз по улице в китайский ресторанчик. Там она устроилась за столиком у окна и, явно никуда не торопясь, наблюдала за струйками дождя на стекле. Ему удалось сделать несколько замечательных снимков ее лица. Что могло привлечь такую милую девушку в порнофильмах? Ii ia задавая вопрос «почему». В двадцать лет, когда весил футов на семьдесят меньше, он сам гонял на мотоциклах с компанией «Ангелов из Преисподней». Вот это были времена! А теперь торчит на туманной улице в какой-то хромированной железной банке. Надо прекратить жрать спагетти с фрикадельками, четвертый или пятый pas за сегодняшний день подумал он.

Он чуть-чуть изменив положение, положил локоть на дверцу и сделал несколько снимков – просто так, для проверки камеры.

И услышал металлический щелчок. Это был щелчок не его «Никона».

В окне появилось пистолетное дуло; оно было направлено прямо в лицо Тигартену.

– Ни звука! – предупредил мужчина, неизвестно как оказавшийся у машины.

– Он настоящий? Неужели настоящий? – промямлил. Тигартен.

– Заткнись. – Теперь он мог разглядеть лицо коротко стриженного блондина. – Сиди смирно. Не дергайся.

– У меня ничего, кроме камеры, кроме камеры, видите? Я просто сижу здесь…

– В глубокой жопе, – продолжил мужчина. Тигартен увидел красные капельки в виде слез, нарисованные у уголков глаз. – Ты меня снимал, так?

– Я? Нет! Я первый раз вас вижу! – Голос дрожал, равно как и подбородок. Он понял, что этот ковбой все знает.

– Руки на баранку. Живо. Не отпускать! – Ковбой, не спуская с него «кольта», обошел машину вокруг и сел на переднее сиденье справа. Потом ткнул дулом в жирный бок и скомандовал:

– Вперед!

О Боже, взмолился про себя Тигартен. Господи, похоже, этот парень не шутит.

– Послушайте! Я никто! Я просто частный сыщик. Меня наняли… Зачем я вам нужен?

– Ты прав, совершенно не нужен, – согласился мужчина. – Езжай!

Пока я буду выбираться из машины, подумал Тигартен, он успеет превратить меня в жирный кусок швейцарского сыра. Можно выехать на тротуар. Можно врезаться в какую-нибудь витрину. Можно заорать что есть сил на ближайшем перекрестке. Но он решил ничего такого не делать – потому что хотел остаться в живых.

– Я Хосс Тигартен, – дрожащим голосом сообщил он. – Как Хосс из «Бонанзы». Помните? А как вас зовут?

– Смерть, – ответил Трэвис.

Они пересекли Маркет-стрит и ехали по Четвертой улице по направлению к складам и верфям Китайской бухты.

– Отпустите меня, – попросил Тигартен. Баранка уже была скользкой от потных ладоней. – Я могу для вас что-нибудь сделать. Я был когда-то одним из «Ангелов из Преисподней». Представляете?

– Ты больше никто, – парировал Трэвис. – Поверни налево. Теперь прямо. У ближайшего светофора – направо.

По обеим сторонам мелькали склады. Улицы были пустынны, словно весь город повернулся к ним задом. Они проехали еще три квартала. Бухта уже была рядом.

– В этот проезд, и тормози, – сказал Трэвис.

Тигартен повиновался. На лбу выступили крупные капли пота; они скатывались по щекам и срывались с кончика носа.

– Выруби фары, – потребовал Трэвис. Издав мучительный стон, Тигартен исполнил приказание. Потом мужчина обошел машину кругом, снова оказавшись у водительской дверцы, и распахнул ее. – Вылезай. Вперед! – махнул он рукой в сторону темной подворотни. Тигартен сделал несколько шагов на ватных ногах. – Погоди. – Тигартен замер, хрипло дыша. – Отдай ключи.

По интонации, с которой была произнесена последняя фраза, Тигартен понял, что они ему больше никогда не понадобятся.

– Ну, шагай, Моби Дик, – сказал ковбой, убирая ключи в карман джинсов. Тигартен вошел в ворота. Пахло сыростью и ржавчиной. Его обступила кромешная тьма. Через четыре шага послышался голос ковбоя:

– Стой. – Трэвис знал, что на расстоянии трех шагов от входа должна быть коробка из-под апельсинов, под которой он спрятал фонарик. Луч света ударил в спину Тигартену. – Шагай дальше.