Читаем Синий краб полностью

Почему же вспомнилось То, что было давно? Голубок бумажный Влетел в окно. На белом крыле Красный росчерк. – Голубь, ты чей? Чьих вестей разносчик? Красная тройка На белом крыле. – Маленький лётчик, Сколько тебе лет? Почему тройка На крыле узком? Мечтал, наверно, На контрольной по русскому. Ведь из тетрадки Вырван лист. (Ну-ка, голубь мой, Поднялись!!!) Милый мальчишка! Ты уже сказал впервые Гордую фразу: «Мы сами». Тебе уже закат плескал Алыми парусами. Вот она, жизнь! Спешит. Ветки в ветре качаются… Детство взрослых смешит И всё равно Не кончается. 

1958 г.

Ветры с моря

I

О, расскажи, расскажи мне про море, Ветер из южных широт! Пусть я узнаю, как с волнами спорит Лёгкий, как чайка, швертбот, Пусть я почувствую запах солёный, Горечь воды на губах, Пусть я увижу в дали опалённой Старый маяк на часах. Море! Мне снится всё реже и реже Синий тревожный огонь. Смутная тайна твоих побережий Ближе и ближе… 

II

1.

Где шумят сухие степи Солнцем выжженных предгорий, Рос мальчишка восьмилетний И мечтал увидеть море. Море, море голубое, Крики чаек, брызги пены, Грохот буйного прибоя, Скал обрывистые стены! Никогда ведь он не видел Твоих светлых побережий, В жизни никогда не слышал Троса якорного скрежет, Не слыхал, как пели мачты, Как волна о борт плескала, В изумрудную прозрачность Детских рук не опускал он. Только снилось, как фрегаты Уводили рулевые Сквозь янтарные закаты На рассветы штормовые. 

2.

Раз он вышел из посёлка И вскарабкался на скалы… Из травы, сухой и колкой, Солнце золотом плескало. Нынче было всё иначе, И откуда – неизвестно - Вдруг коснулись скал горячих Струи влажного норд-веста. Мальчик круто обернулся, Встал лицом к морскому ветру, Оступился, покачнулся Над обрывом в тридцать метров… 

3.

Пусть тебе теперь приснятся Моря солнечные воды, Пусть тебя не потревожит Голос знойной непогоды. Звёзды светят низко-низко, Море плещет близко-близко. Протрубили, как горнисты, Ветры возле обелиска. 

III

Была война, шёл сорок третий… В тылу, в сибирском городишке Подрос веснушчатый мальчишка; Отца он знал лишь на портрете… Зимою как-то мальчик начал Искать бумагу для растопки, Нашёл в шкафу книжонок стопку И стал листать их наудачу… И в буйной радости полёта Струя солёного норд-веста Сквозь ставни книжных переплётов Ворвалась в раненое детство. Ворвалось яростно, без спроса, На крыльях принесла с собою Мятежный окрик альбатроса И грохот пенного прибоя. И вслед за ней – со струнным звоном, Страницы книжные мешая, Рвались пассаты и муссоны - Ветра всех стран и полушарий… Он за столом заснул, на книжку Склонившись головою сонной, И снился в эту ночь мальчишке Зелёный остров Стивенсона. 

1959 г.

Париж

Перейти на страницу:

Похожие книги

Чикатило. Явление зверя
Чикатило. Явление зверя

В середине 1980-х годов в Новочеркасске и его окрестностях происходит череда жутких убийств. Местная милиция бессильна. Они ищут опасного преступника, рецидивиста, но никто не хочет даже думать, что убийцей может быть самый обычный человек, их сосед. Удивительная способность к мимикрии делала Чикатило неотличимым от миллионов советских граждан. Он жил в обществе и удовлетворял свои изуверские сексуальные фантазии, уничтожая самое дорогое, что есть у этого общества, детей.Эта книга — история двойной жизни самого известного маньяка Советского Союза Андрея Чикатило и расследование его преступлений, которые легли в основу эксклюзивного сериала «Чикатило» в мультимедийном сервисе Okko.

Алексей Андреевич Гравицкий , Сергей Юрьевич Волков

Триллер / Биографии и Мемуары / Истории из жизни / Документальное
100 великих героев
100 великих героев

Книга военного историка и писателя А.В. Шишова посвящена великим героям разных стран и эпох. Хронологические рамки этой популярной энциклопедии — от государств Древнего Востока и античности до начала XX века. (Героям ушедшего столетия можно посвятить отдельный том, и даже не один.) Слово "герой" пришло в наше миропонимание из Древней Греции. Первоначально эллины называли героями легендарных вождей, обитавших на вершине горы Олимп. Позднее этим словом стали называть прославленных в битвах, походах и войнах военачальников и рядовых воинов. Безусловно, всех героев роднит беспримерная доблесть, великая самоотверженность во имя высокой цели, исключительная смелость. Только это позволяет под символом "героизма" поставить воедино Илью Муромца и Александра Македонского, Аттилу и Милоша Обилича, Александра Невского и Жана Ланна, Лакшми-Баи и Христиана Девета, Яна Жижку и Спартака…

Алексей Васильевич Шишов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука