Читаем Симфония времён полностью

Не знаю, что означал этот жест – возможно, легионер хотел включить что-то вроде сигнала тревоги, но Верлен не дал ему такой возможности. Юноша вдруг бросился на солдата и что есть силы ударил кулаком в лицо, так что бедняга пошатнулся. Я потрясенно смотрела на разбитый нос легионера: из него торчали тонкие окровавленные кабели.

– Господин… – пробулькал солдат, отступая на шаг. – Но… Что…

Верлен быстро оглядел свою окровавленную руку, вероятно, проверяя, нет ли на ней царапин или ссадин. Мы оба знали, что произойдет, если прольется его кровь, ведь здесь Олимпия, солдаты, а неподалеку – целая толпа ничего не подозревающих придворных…

Между тем второй легионер схватил Олимпию за руку, так что та вскрикнула от ужаса. Я увидела, что солдат повторяет жест своего напарника – хочет коснуться виска указательным пальцем. Тогда я решила рискнуть и прыгнула на него, намереваясь ударить в лицо, как сделал Верлен, благо лишь эта часть тела солдат не была закрыта божественной броней.

Однако легионер оказался проворнее меня и перехватил мое запястье прежде, чем мой кулак коснулся его носа.

– Твой протез! – закричал Верлен. Он удерживал другого стражника, не давая тому возможности поднять тревогу. При этом юноше приходилось действовать с оглядкой, чтобы не пораниться. – Используй свою механическую руку, Сефиза!

Не раздумывая, я повиновалась и изо всех сил ударила легионера в живот металлическим кулаком. Стальная пластина, закрывающая его торс, разлетелась на куски, а сам легионер со стоном сложился пополам. Оцепенев, я смотрела на дыру, которую проделала в теле солдата моя рука. Легионер рухнул на колени у моих ног, из его рта потекли струйки темной крови.

Внезапно я поняла…

Своим протезом я разбила шлем Тени, изготовленный самим Орионом. Ранее Гефест сказал, что изменил мои механические руку и ногу, так что они защищали меня от мысленных атак бога-императора. Оказывается, защита разума – не единственное их преимущество…

Мгновение я гадала, есть ли у этого человека шансы выжить, после того как я нанесла ему такую страшную рану. Потом необходимость действовать быстро пересилила, и я вышла из ступора.

Бросившись к Верлену, я вклинилась между ним и легионером, вскинула свою механическую руку и оттолкнула солдата, целясь ему в горло. Раздался скрежет сминаемого железа и хруст ломающихся костей, голова легионера резко запрокинулась.

Верлен торопливо открыл двери и втолкнул Олимпию внутрь, затем схватил меня за запястье, втянул в открывшийся проход и снова захлопнул двери, не дав мне времени понять, убила я человека одним ударом или нет. Юноша схватил масляную лампу, стоявшую на столике возле стены, и зашагал по коридору. Мы следовали за ним.

Потрясенная внезапно обнаружившейся у меня силой, я с любопытством посмотрела на свой металлический кулак и тут же вздрогнула от отвращения – пальцы были запятнаны кровью моих жертв. Чувствуя легкую тошноту, я попыталась оттереть пятна подолом юбки.

– Ты знал, что я могу справиться с теми солдатами? – озадаченно спросила я Верлена.

– Мы слишком сильно наследили, – мрачно заметил Верлен, проигнорировав мой вопрос. – Нужно поторопиться…

Олимпия смотрела на меня круглыми глазами – похоже, мои способности ошеломили ее сильнее, чем меня саму. Тем не менее она поняла намек полубога и, не задавая лишних вопросов, торопливо следовала за нами по подземным галереям.

Через несколько минут стремительного бега, в течение которых мы преодолели три лестницы, забираясь все глубже и глубже под землю, я не сдержалась и спросила, тяжело переводя дух:

– Куда именно мы направляемся?

Бегущий впереди Верлен, не сбавляя скорости, сунул руку в карман брюк и достал какой-то маленький металлический предмет, круглый и плоский.

– Доверься мне, я точно знаю, как выбраться из дворца так, чтобы нас никто не заметил, – заверил он меня, отдуваясь.

Я быстро глянула назад, волнуясь, как там Олимпия. В полумраке темный силуэт нашей спутницы походил на призрак: обесцвеченные волосы растрепаны, подол тонкого муслинового платья развевается на бегу. Девушка вспотела, выглядела измученной и поминутно спотыкалась.

– Держись, осталось совсем немного! – подбодрила я ее, хотя, в сущности, понятия не имела, как долго нам еще бежать.

Олимпия кивнула и, удвоив усилия, догнала меня.

Мы спустились еще на два уровня, потом наконец остановились перед большой металлической стеной. Там Верлен поднял лампу повыше и стал внимательно изучать преграду.

– Что мы ищем? – спросила я, наблюдая, как молодой человек настороженно щурится.

– Это здесь! – воскликнул юноша, краем рукава стирая пыль с едва заметного углубления в стальной стене, покрытого замысловатой гравировкой.

Он приложил маленький диск к углублению: раздался металлический щелчок, а затем вещица засветилась синим светом, так что стали отчетливо видны покрывающие ее загадочные знаки. Внезапно загромыхали сдвигаемые с места камни, и стена сместилась в сторону, открывая проход в темный коридор.

– Скорее! – скомандовал Верлен, подталкивая меня вперед.