Когда на ветру лист последний дрожал,

И толстый начальник большим

кровососом

Меня со слезой на глазу провожал.

Чтоб я не вернулся сюда никогда –

Он слезы ронял, как из лейки.

Мы с ним провели молодые года –

Он в форме, а я в телогрейке.

Гудело в душе, как в трубе водосточной:

За что отсидел, до сих пор не пойму.

Друзья заплатили, и вот я досрочно

Впервые снаружи смотрю на тюрьму.

И шагу ступить от нее не могу –

Все, кажется, крикнут: «Эй, стой!»

Как будто пред ней до сих пор я в долгу,

Как путник в долгу за постой.

А молодость сроду за деньги не купишь,

Она отгремит, как короткий дуплет.

И толстый начальник, похожий

на кукиш,

Вручал мне на поезд плацкартный билет.

Чтоб я не вернулся, держа на уме

Напомнить ему зло и горько,

Что он до сих пор пребывает в тюрьме

И выйдет он к пенсии только.

1995 год

Я ИМЕЮ ПРАВО