Читаем Симбионты полностью

К концу недели, продолжая чинно гулять с девушкой под ручку и глубокомысленно обсуждать с ней текущие дела Нанотеха — как же здорово, когда двое работают вместе и увлечены общим делом! — не зная даже вкуса ее губ, Леха уже в уме прикидывал, что диван у него двуспальный, а в шкафах много свободного места, для начала сойдет, устроимся.

Наконец-то он мог позволить себе роскошь не торопиться. Потому что у них все серьезно.

Даже чокнутая Дашина семейка Леху больше не смущала. Если надо будет, он просто заберет девушку оттуда, и все. Летом, когда у них обоих появятся паспорта. Дожить бы спокойно до лета…

Ты сначала доживи до весны!

Как станешь откручиваться от вакцинации, интересно? Вертолетики сожрут ботов-чужаков в один присест, но ты просто не позволишь загрузить тебе эту дрянь. И мама себе — не позволит. А отец?!

Если сбудется предсказание Марии — каково тебе придется в стране радостных идиотов? Будешь глядеть на них честными добрыми глазами? Или в петлю влезешь оттого, что их не выручил?

Каждый день будешь напоминать себе: ты не сделал, ты не сделал, ты не сделал то, что должен был.

Но как сделать? Как выбрать человека, который возьмет на себя весь риск?! Украсть образцы легко, а тот, кто их спер, просто воришка. Его не надо убивать, он ничего не докажет никому. Но тот, кто положит их под микроскоп и отыщет нарушение конвенции, станет для директора смертельным врагом. Смертельным.

Оказывается, это чертовски тяжело — выбирать, кем рискнуть.

Если бы Леха знал, что выбор за него уже сделан, и знал, какой именно выбор, он бы точно не удержался и заехал Марии в глаз.

Самое интересное, что его могла бы просветить Даша — пару раз она замечала Марию на обеде за одним столиком с программистом Петей.

Но Даше тоже снился Леха, она ходила обалдевшая от свалившегося на нее счастья и не придала значения увиденному. Дашу сейчас тревожил лишь один вопрос, да и то не чаще раза в день: не окажется ли, что у нее дурная наследственность «по психике».

Кроме того, они же договорились: без команды не дергаться, все по согласованию. Милый Леша такой умный, обязательно придумает, что делать. А Мария с кем только не общается, бродит по всему институту, работа такая.

А Леха теперь обедал вместе с Семеновым, угрюмый техник не отпускал его от себя далеко. На Петю, когда тот спросил, что за зверь такой вертолет-эвакуатор, поселившийся под окном в лабе, Семенов только глянул — и промолчал. Ехидно промолчал, если можно так выразиться. Подойти к Лехе с тем же вопросом Петя не рискнул и целый день потом сидел за компом, надувшись от бессильной злости.

Сложный человек техник Семенов.

* * *

Мария вышла на Петю вполне целенаправленно: программист, который пишет софт для микробов, должен знать о предмете на два порядка больше нее. Запомнился ей этот тип по мимолетному знакомству как слащавый и неумный дамский угодник — такого она в бараний рог скрутит. У Пети было на лице написано, что программер очень высокого мнения о себе, только вот девушки отчего-то не спешат разделить его нарциссические восторги. Уже под тридцать мужику, а живет то ли с мамой, то ли в одиноком замусоренном углу: такую инфу Мария считывала с человека на раз, с полувзгляда. Идеальный объект для манипуляций. К тому же болтун.

К тому же задвинут на микробах. Фанатичный поклонник Деда и легендарной пятой серии. По словам Пети, «пятерка» была шедевром, но слишком дорого обошлась Нанотеху: Дед умер из-за ее запрета, а Гуревич спалился и загремел, пытаясь бескорыстно спасти уникальную разработку для будущих поколений. Именно так считали многие в институте, а Петя был в этом просто убежден. Нынешнего директора он, мягко говоря, недолюбливал. И очень тепло отзывался о Лехе. Ах, у него есть модель «пятерки», ох, как он ее любит…

Мария помнила, как эта легендарная «пятерка» скакала по ее кухне, да еще и напугала папулю. Папа хитрый, улучил момент, пока дочка в ванной, — и бегом к холодильнику, ему лишь бы слопать чего не надо. Поплатился за это: весь вечер сидел мрачный. В папином роду не было ни сумасшедших, ни даже толковых алкоголиков, но в юности он неудачно «дунул», подсел на измену и с тех пор боялся галлюцинаций. Увидал вертолетик на холодильнике — и глубоко задумался. А Мария свято хранила тайну пятой серии. Ничего-ничего. Колбаса целее будет. Она, конечно, хорошая, но Мария покупала ее вообще-то для соседской овчарки, то ли вечно недокормленной, то ли просто шантажистки. Бросишь ей колбаски — будет хвостом крутить и уши развешивать, погладь меня. Не дашь — начнет лаять и клацать зубами. И чем папе так глянулась именно эта колбаса?!. Одним словом, никакого пиетета к «пятерке» Мария уже не питала, зато смотрела на Петю сверху вниз: она-то эту легенду чуть ли не в руках держала. И не восемь лет назад, а вот только что, недели не прошло.