Инициативу мне отдавать никто не собирался, по ощущениям и не мог, Агнес была полностью поглощена страстью, действительно стремясь как можно быстрее стать со мной единой. Её впору было назвать магистром! Если бы момент не был таким пикантным, стоило бы повторить его для широкой публики и сорвать овации. Моя пылкая нимфа чуть приподнялась, упёрлась в столь желаемый ею объект, и одним слитным движением на прогибе добилась желаемого, одновременно ошарашив и себя и меня от смеси болезненных и приятных ощущений.

Помутнение застигло Агнес лишь на краткий миг, сменившись активной деятельностью, а я и вовсе задействовал нейтрализацию на полную, сдерживая бурлящую в огневолосой энергию, стремящуюся наружу. Страсть переполняла, я одновременно ощущал своё возбуждение и её, Агнес чувствовала тоже самое. Определяющая ритм в начале, сейчас возлюбленная уже следовала моей воле. Подавшись вперёд, чтобы поймать равновесие, я ускорил ритм, удерживая девушку на себе, Агнес же всё больше теряла контроль над телом и Силой, и то и другое она отдавала в мою власть, полностью, безоговорочно, отправляя мне свои чувства стремительным лавовым потоком. Наша связь, ощутимая ранее как канал, сейчас больше была похожа на огромные ворота, высотой с самый высокий дом и шириной для атаки конного строя.

Таким сильным я себя не чувствовал никогда, я уже не ощущал непомерного давления жара, но обезумев от страсти напирал на Силу любимой также, как и напирал на её тело. Отдельные по-началу её стоны, слились в единый заполняющий наш разум сладкий звук, я уже и сам вплетал в эту мелодию свою партию.

За мгновение до финала я осознал, что сейчас будет, и успел расширить границы контроля Силы, готовясь к кульминации Агнес. Мы закончили так, как и представить себе не могли, всё то время сдавливаемая мною энергия собиралась в куда меньший объем, чем привыкла занимать, это привело к резкому взрывному росту, который был принят мною и стал поглощаться. Но количество было столь огромно, что успевало восстанавливаться, повторно создавая нагрузку на мои резервы. Оба напряжения моего организма выплеснулись совместным выбросом. Один почувствовали лишь я и Агнес, второй, уверен, удивил всю округу.

Интерлюдия 2. Мурад Ибн Аббас

Мурад, сын Аббаса, удж-бей Балкан не любил свой титул по нескольким причинам. Каганат пока не контролировал и половины полуострова, что делало самого Мурад-бея в глазах других великих семей смешным, султан не зря отправил его в эти земли, сумев таким образом снизить его Мурада Ибн Аббаса авторитет, который тот завоёвывал на жарком континенте не один десяток лет.

Но если первая причина громко кричала, да не била, как теперь любил выражаться военноначальник, переняв выражение там же в бескрайних песках вдоль срединного моря, то вторая доставляла не только моральные терзания, но и физические. Ну где это видано, чтобы обходиться только четырьмя наложницами, а в поход с собой и того хуже - больше двух и не взять? Эта проклятая страна совершенно не предназначена для содержания нормального гарема, даже её столица, которая была вроде бы взята под твёрдую длань пророка уже более пяти лет назад, не имела ни одного строения подходящего размера, чтобы вместить более двадцати наложниц и пять любимых жён Мурад-бея. Стройка шла, но до окончания было далеко. Приходилось ютиться в маленьких усадьбах, которые имели больше этажей, чем требовалось, а размеры помещений оставались скромными.

Для чего он тогда собирал богинь в человеческом обличии со всех уголков бескрайней турекской империи? Сердце обливалось кровью, когда оставлял дома красавицу с тёмной как ночь кожей и зелёными как изумруд глазами из Нумиба, или изящную красавицу-танцовщицу из Панжаба, а дорогие жёны, за каждую из которых приходилось договариваться с другими великими семьями по несколько лет, выгадывая информацию, кто из множества дочерей может быть наиболее мила сердцу.

А ведь эти мучения могли кончиться уже через пару недель, когда ведомые им войска достигли бы Брасу, а потом и Клюж, Роматия бы пошла на переговоры и приняла бы правильное подданство. “Если бы войска дошли”, - вздохнул про себя командующий. Теперь это под большим вопросом.

- Не отвлекаю ли я Вас от важных дум, Мурад-бей?

Аль-Захрави как всегда бесшумно вошёл в шатёр военачальника. Аль-Захрави Ибн Исмаил был магом земли, но Мурад Ибн Аббас подозревал в Аль-Захрави пресловутого мага теней, которые, как известно, существуют только лишь в сказках, но приближённый маг умел быть настолько незаметным, что впору верить в правдивость историй.

-Порою начинаю сомневаться в своём дозволении тебе заходить ко мне без предупреждения, Захрави!

-Каждый раз.

-Да, - вздохнул уже вслух Мурад-бей, - каждый раз сомневаюсь.