Читаем Сибирский фронтир полностью

Разгадка оказалась проста. Алчные купцы выталкивали людей на промыслы фактически полуголыми, без достаточных запасов провианта и снаряжения. Собственную меховую одежду, добытую в прошлых вояжах, зверобои за зиму пропивали, а казённой амуницией хозяева работников не снабжали. И потому стоянка на Командорском острове превращалась в насущную необходимость. На остров набрасывалась толпа голодных людей. Весь сезон там добывали и готовили мясо, шили парки и одеяла.

–Плакали твои коровы, – усмехнулся Окунев, обозревая скопление зверобоев, обустраивающихся на берегу. – За зиму они съедят здесь всё, что шевелится.

–Всех не съедят, – буркнул я.

Кампания по защите животных протекала вяло, но всё же общественность мало–помалу склонялась к мнению, что капустников лучше не трогать. Я угощал выпивкой сплетников. Вовремя пущенный слушок там, рассказанная на ночь страшилка здесь – как результат разговоры о проклятии ходили по всему фронтиру.

Сейчас меня, однако, беспокоили не морские коровы, а фальстарт корабля Трапезникова. Что же они задумали?

–А "Николая" не видать, – заметил Комков, разделяющий моё беспокойство. – Если они здесь и вставали, то ненадолго.

–Может на Медном? – предположил Оладьин. – Хотя нечего им там делать, на Медном.

–Ну, что встаём или пойдём дальше? – спросил Окунев.

Наши зверобои, глядящие на берег с тоской, встрепенулись. Всем хотелось хоть чуть–чуть потоптаться по тверди. Пришлось, однако, их обломать.

–Идём дальше, – ответил я. – "Николая" нужно нагнать. Сможешь?

–Попробуем, – не очень уверенно сказал Окунев. – Ход у нас лучше. Может и нагоним.

"Может" меня не устраивало. Изрядно позабытый школьный курс подбросил свежую идею.

–Нагоним, если сократим путь, – сказал я.

–Куда уж тут сокращать? – удивился капитан. – И так по прямой пойдём.

–Ставь паруса, потом объясню.

Как объяснить пещерному человеку такую сложную штуку как ортодромия? Да очень просто. Точно также как это некогда проделал наш учитель географии.

В казёнке стоял большой глобус. Его я прикупил скорее для красоты, для антуража, вместе с медной подзорной трубой, пожелтевшей гравюрой с морским пейзажем и грудой абордажного оружия, развешенного по стенам – очень уж мне нравилась такая "капитанская" обстановка.

Практической пользы от глобуса было меньше чем от ржавых сабель. В том месте, где полагается быть Алеутским островам и Берингову морю, значился широкий пролив, обрамлённый карикатурными очертаниями земель. На просторах Тихого океана, словно на форзаце фэнтезйного романа, вспучились неведомые земли, "открытые" испанскими и португальскими сочинителями. Изображения завязанных морскими узлами змеев, сирен и драконов придавали завершённость этому вымышленному миру.

Выбрав нужную широту, я перенёс на глобус несколько островов, чтобы обозначить Алеутскую гряду. Воткнул две иголки в крайние острова, взял нитку и натянул на Алеутскую дугу тетиву. После чего взглянул с превосходством на штурмана.

–Видишь? Кратчайший путь идёт не строго по широте, а забирает немного к северу. Вот и получается, что идти нам надо по дуге, если перенести линию на плоскую карту. Там вёрст десять отыграем, тут пять… глядишь, и нагоним "Николая".

–Ха, шутник. Пять–десять вёрст. Я тебе, что землемер, такой мелочью море мерить? У нас и сотня вёрст невелик промах.

Он несколько раз попеременно смотрел то на глобус, то на карту. Сообразив в чём суть, очертил ногтем симметричную Алеутской гряде дугу. Пожал плечами.

–Ну, даже если бы и мог я точно вычислять положение корабля. Хоть каждый час. И даже представим, что у нас вместо корабля лошадь. Как, скажи, твоего направления придерживаться? Это же вон какая кривулина, её и на карту–то точно не положишь!

Хмыкнув, я бодро взялся за дело. Разложил карту. Потом задумался и думал довольно долго. Тут требовался радиокомпас, спутниковая навигация или нечто в этом роде. Можно, конечно, обойтись и без электроники. Хотя и хлопотно. Получалось, что каждый меридиан нам следовало пересекать под различным углом, но для этого нужно точно определять долготу.

–Ты умеешь находить долготу? – спросил я у Окунева. – Ну, там по заходам и восходам луны или солнца?

–Могу, если погода позволит обсервацию провести, – ответил капитан. – Неводчиков научил. Но для этого нужны таблицы и точный хронометр. А у нас нет ни того, ни другого. От Чирикова мало что осталось, а что осталось всё в охотской канцелярии.

–Ага, – я опять задумался.

Часы у меня имелись не хуже здешних морских хронометров. Отличные наручные часы, пригодные для работы в этом мире. Без всяких там батареек, механические с автозаводом, имеющие погрешность не больше секунды в сутки. Следовало бы поставить их в Петропавловске, но можно было выставить и по острову Беринга. Долготу–то я знал. А вот таблиц у нас не имелось, и достать их сейчас я не мог. Так что Окунев был прав, а я ошибался.

–Ладно, – сдался я. – Пойдём, как решили.