Читаем Си Цзиньпин полностью

Си Цзиньпин – патриот. Можно даже сказать – националист. И это характерно для людей, которые сейчас правят Китаем, так как их в значительной степени отбирал сам Си Цзиньпин.

Да, товарооборот Китая с Америкой составляет сейчас около $700 млрд в год, но это создает двустороннюю зависимость. Китай зависит от этих миллиардов точно в такой же степени, как и Америка зависит от дешевых китайских товаров.

Да, общий ВВП России сейчас равен ВВП одной китайской провинции Гуандун, а ВВП маленького Тайваня равен двум третям ВВП России. И в этом плане Россия и Китай сейчас, к сожалению, не равноценные партнеры.

Китайский рынок сейчас – это 1,412 млрд человек. США – это 333,3 млн человек. Причем среди китайцев 450 млн – средний класс. Это больше, чем весь средний класс Европы. То есть, по большому счету, Китай может замкнуться в потреблении и преспокойно жить дальше без ориентации на западные рынки. И этот курс был придуман и взят мудрым Си Цзиньпином десять лет назад.

Китайцы не допускают никаких критических высказываний в адрес России. Их отношения с США включают в себя как сотрудничество, так и соперничество, и они знают, что Москва не встанет на сторону Вашингтона. Благодаря тем отношениям, которые выстроены между Пекином и Москвой, Си Цзиньпин имеет спокойный стратегический тыл на севере. И это для китайцев крайне важно, так как практически со всеми другими своими соседями они имеют либо территориальные, либо геополитические, либо какие-то иные противоречия. И совсем не случайно председатель Си Цзиньпин говорит о том, что «Россия и Китай стоят спина к спине, обеспечивая тем самым интересы друг друга».

Понятно, что американская стратегия «размежевания Китая и России» вызывает тревогу у китайских экспертов. Понятно, что США рассматривают Китай и Россию как своих стратегических конкурентов. А Россия – это стратегический партнер Китая в противодействии сдерживанию США.

Австралийский аналитик китайского происхождения Бобо Ло характеризует партнерство Китая и России как «ось по расчету» (axis of convenience). Он считает, что Китай является «системным игроком» и заинтересован в стабильном функционировании механизма международного порядка, тогда как Россия, по его мнению, пытается «обойти систему» и стремится к созданию «контролируемой напряженности». Это различие не мешает сотрудничеству двух стран, но вместе с тем не позволит им совместно построить «постамериканский мировой порядок». Бобо Ло полагает, что партнерство Пекина и Москвы воплощает традиционные отношения крупных держав, основанные на геополитике и безопасности. И оно направлено против «эгоцентричной» политики США.

Эгоцентричной – это еще мягко сказано. Внешнеполитическая стратегия США никогда не была столь высокомерной, как сейчас, и нынешнее поколение американских руководителей видит свою страну исключительно в виде гегемона. Американцы уверены, что нынешняя Россия больше не является серьезной политической силой, что она слаба и теперь полностью зависит от Китая, порвав связи с Западом.

В данном контексте Китай действует очень осторожно, и он помогает Москве, прежде всего, из чисто прагматических соображений. Китайское руководство (в том числе и военное) все больше и больше убеждается в том, что прямой конфликт с США неизбежен. А коль так, то нужно действовать соответствующим образом: ни в коем случае не приближать этот конфликт (и даже стремиться его избежать), но и при этом не давать американцам добиться того, что ими задумано.