Читаем Шустряк полностью

— Согласна хреново, больше не найдется ни одного идиота, что вызовет тебя на арену, не видать нам легких барышей, — притворно посетовала Яна.

— Не факт, опроверг Шайтан, шваль то да, а вот кто то, кто реально захочет силами померяться, на арену не позовет, он в кластерах тебя найдёт.

— Так, когда посиделки то, ты уже в норму пришёл? — поинтересовался Кум.

— Пить могу, — съехидничал я, — хотелось бы побыстрей с этим разобраться, может отпразднуют, да по скорее забудут, — предположил я.

— Не думаю, что сразу, — вставил свой комментарий Жига.

— Согласна, — подтвердила Яна.

— Тогда давайте на завтра, предложил я, не будем тянуть.

— На том и порешали, подтвердил все время молчавший Глыба, — пойду договариваться в тихую гавань.

Изрядно вымотавшись, я поднялся к себе, где незамедлительно упал на кровать, начав перебирать поганые мысли в голове, о размере своих долгов и о сути предстоящего разговора с Шатуном. Устав мучиться предположениями, отвернулся и заснул.

Доковыляв до входа в тихую гавань совместно с Кумом, я начал жалеть о том, что согласился на эту попойку. Уже у входа меня встречал десяток рейдеров, бесцеремонно обнимавших меня, при этом хлопая по спине, а пока от входа дошёл до стола, расположенного по центру зала, всей душой возжелал сесть на яхту и провалиться в другой мир еще раз.

Я и раньше не любил всякий официоз, предпочитая этому тихие посиделки в кругу друзей и хороших знакомых, что уж говорить о том, что меня поздравляет больше пятидесяти разных, совершенно незнакомых мне людей, с большей частью из которых лишь взглядом в стабе пересекались. В какой–то момент я перестал напрягаться, расслабившись поддался течению, за что был вознаграждён быстрым переходом от поздравлений к рассказу о произошедшем.

Встав и подняв кружку с чем–то более крепким чем пиво, Топор начал рассказывать от момента приезда на место, как выяснилось он был тем самым, кто сидел в БТРе, и начало всей заварушки мне было совсем не интересно, так как я его помнил досконально, а вот то, что было после того, как я и Дикий закончили, хотелось бы послушать.

— Слышу в рации истошный крик одного из сенсов, — продолжал Топор свой рассказал почти в полной тишине, — я аж удивился, мол элитник по фронту, я турель туда–сюда, пусто все. Вдруг, прямо передо мною, тварь материализуется, да такая, что в визор мой только пузо и входит, грохот страшный по ушам вдарил, тварь немедля на броню мне заскакивает. Я, конечно, гашетку зажал, ну тут сами понимаете, уже начала жизнь перед глазами фоном пробегать, и вдруг я вижу, как эта туша падает назад, а мне все люки кровищей заливает. Давай крутить башней, а на поле ни одной развитой твари не шевелится, лишь мясо валяется разной степени нарезки, сверху еще дергающийся рубер мимо визора упал, я дострелял в него остатки ленты и ничего понять не могу, в эфире по–прежнему паника и истерика сенса.

— Уступи тем, кто видел, а не сидел в консервной банке, — пробубнил огромный рыжебородый мужик, я видел его ранее, по–моему, он входит в одну из команд дальников, что к пеклу ходят.

— Куда посадили там и сидел, — возразил Топор, выказывая своё недовольство прерванным рассказом, как–то так, что все поняли, что он не всерьёз.

— Да успокойся, братка, — улыбнувшись, примирительно протянул тому стакан викинг, — я же не к тому, что ты там отсиживался, а к тому, что все, что ты видел, это щель, а мы с ребятами, когда первая волна началась, бросили тех, кто складом занимался и к вам через забор махнули.

— Ну так–то да, — подтвердил сказанное Топор, — ни хера видно не было.

— Так вот, волна первая схлынула, — продолжил викинг, — выстрелы только для добивания ползущих звучать стали, я тоже к прицелу приник, стал жрачей выглядывать, что на нас шушару всякую гнали. Потом все, как Топор вещал, истерика сенсов, многие видели как элитник проявился, но мне не свезло, я увидел рубера еще в полете, когда тот толпу, что мы положили, в один прыжок перемахивал, вот по нему то я и начал огонь вести.

— Ага, в один прыжок метров тридцать пролетел, — подтвердил Глыба, — да еще и взялся из ниоткуда.

— Бахнуло, я даже не понял, что это, как будто, батальон пехоты в унисон выстрел сделал, а у меня в прицеле из правого глаза рубера мозги на улицу выходят, — продолжил рассказ рыжий мужик. — Ладно, думаю хорошо с дома снайпер сработал по летящей мишени, возьму на прицел другого, открываю левый глаз, чтобы другую цель найти, и тут на тебе, топтун, теряя лапы кубарем валится, жрач тоже без лап мозгами пораскинул, лотерейщики разом навзничь падают, а народ по ним лупить почем зря продолжает. Я тогда, совсем левее себя, тушу то и заметил, да какую тушу, с автобус размером, прет на БТР лапами махая. Позиция у меня сбоку удобная, решил хотя бы попытаться ей в споровый мешок попасть, когда та броню ковырять начнёт.

— Пока ты там целился и ожидал ковыряния брони, я уже памперсы менял со скоростью пулемётной ленты, — выдал Топор, чем вызвал приступ всеобщего хохота.