Читаем Шрамы (СИ) полностью

- Потому что так и делают люди. – Майкрофт нервно взмахивает рукой, оголяя еще несколько незаметных до этого царапин. – Если ты имеешь хоть немного власти и денег, они залезут к тебе в душу и вытащат наружу все секреты, ожидая, чтобы им заплатили за молчание.

- Вы считаете меня таким козлом? – Лейстред делает несколько шагов к дивану, даже не замечая, в какой именно момент его голос становится на тон выше. – Вы считаете, что после стольких лет дружбы с вашим братом я способен на такие вещи? Считаете, что если у меня нет таких денег как у вас, то значит, что я буду требовать их взамен на молчание?

- Тогда, какого черта, вы в тот вечер вообще полезли к моей руке? – Жестко, словно оттачивая каждое слово до остроты ножа, спрашивает Холмс, устало потирая двумя пальцами переносицу.

- Да потому, что вы мне, блять, нравились. – Эту фразу Грег почти выкрикивает, и она раздается тихим эхом по всему помещению. После этого наступает долгое тяжелое молчание, в котором лишь едва слышен тихий треск.

Инспектор знает – это трещит по швам его жизнь.

========== Часть 4 ==========

- Отлично. - Громко вздыхает Майкрофт, потирая руками глаза. – Это гораздо лучше, чем моя первая версия. Я уж сначала подумал, что вы хотите украсть мои часы. – Он смеется, и смех его звучит как-то нервно, немного истерически и очень натянуто. От такого смеха Лейстреда невольно передергивает, и тот шумно выдыхает, опуская глаза. - Ладно, пойдемте. – Встает с дивана Холмс и направляется в сторону лестницы.

- Куда? – спрашивает Грег, рассматривая чужую стройную фигуру, окружённую расслабляющим полумраком.

- В спальню. – Спокойно отвечает Холмс, но, замечая на себе странный взгляд, сразу же додает: - Сейчас уже поздняя ночь. Вы в любом случае будете ночевать здесь.

Он не говорит ничего больше. Словно вырезает из своей головы те совсем неуместные слова и делает вид, что их не было вовсе. Грег понимает к чему это. По идее, ему нужно будет сделать точно так же: вырезать из своей головы тот вечер в машине, их предыдущий разговор и, вообще, эту ночь.

Если бы это были обычные письма – было бы гораздо проще. Он бы бросил их в огонь камина, перед этим порезав на мельчайшие кусочки большими железными ножницами. Если бы это были СМС-ки - удалил бы переписку из телефона. Как же жаль, что человеческие воспоминания нельзя так же просто сжигать и удалять.

- Майкрофт, - тихо, но отчетливо говорит инспектор. Наверное, со стороны это смотрелось слишком фамильярно, но его собеседник в любом случае даже не подал виду. Обращение по имени освобождало их от той сухости и официоза, которые были раньше. – Ты можешь не делать так больше?

- Как? – На минуту останавливается он.

- Так, как ты делал весь вечер. – Все таким же спокойным и мелодическим голосом продолжает полицейский. – Когда меня час лесом вез, когда мне угрожал постоянно…

- Я совершенно не…

- Нет, ты делал это. Ты все время делал это. – Голос Лейстреда становился все громче и тверже. - Каждым своим жестом, каждой фразой и каждым своим предложением. Все, что я слышал сегодня от тебя – это оскорбления вперемешку со скрытыми угрозами, замаскированные под общие фразы.

- Серьезно? – Действительно искренне удивляется Майкрофт. Он на секунду устало прикрывает глаза, прокручивая в голове весь их разговор. – Хорошо, я действительно постараюсь так больше не делать. Рабочая привычка. Очень мешает в личной жизни.

По деревянной лестнице они оба идут молча. Так, словно им больше не о чем разговаривать. Ох, конечно это не так. Но каждый не хочет нарушать ту неловкую тишину, которая невидимым туманом окутывает их двоих. Ведь разговор сейчас вряд ли будет особо плодотворным.

А хуже неловких молчаний бывают только неловкие разговоры.

Примерно к концу лестницы инспектор спотыкается и чуть ли не падает вниз. Он вовремя хватается перила, но все же странная мысль на секунду мелькает в его голове.

Этот дом его не любит.

Этот дом его так когда-нибудь убьет.

Смешно, правда? Дома не могут защищать своих владельцев. Они ведь просто здания. Да и он сам вряд ли опасен для Холмса…

А вот Холмс для него?

Комната, в которую они пришли, оказалось на удивление маленькой и уютной. Скорее всего, Грег в тот момент больше ожидал увидеть комнату, как в каком-то дорогом отеле - все довольно чисто, но бездушно. Но спальня, насколько он смог разглядеть при светлой лунной ночи, была небольшой и довольно уютной. Белые цветы на темно-зеленых обоях в темноте комнаты выглядели настолько реалистично, что казалось, к ним можно будет притронуться рукой и ощутить, как тонкие лепестки щекочут кожу. А за окном горели звезды, такие яркие, словно мерцающие огни на праздничной гирлянде. Они сотнями или десятками складывались в созвездия, названия которых полицейский не знал и никогда не узнает. Такого красивого ночного неба не было даже в самых тихих районах Лондона.