Читаем Шок полностью

Мужчина растерянно замолк, затем рассмеялся.

— Да я и не думал, что слышали. Я — химик. Моя блестящая карьера закончилась в сороковые годы моим величайшим открытием.

Смит смирился, понимая, что Самуэль Пи Лонгтри не оставит его в покое, пока не выговорится.

— И что же это за открытие? — спросил он.

— Этот коктейль, — оживился Лонгтри, отпив немного, — прекрасный напиток.

— Поздравляю!

— Он действительно замечательный. Он влияет на разум человека таким образом, что всякого рода беспокойства проходят. Представьте себе, это — настоящее лекарство от чувства вины, напряжения, нервозности, страха, различных опасений, кошмаров.

— И нормальных мыслей, — добавил Харолд.

— О, здесь ты ошибаешься, друг мой. Прелесть моего открытия в том, что человек сохраняет ясность мысли. Можно предложить ему очень сложные комплексные задачи, и он будет на высоте, решая их. Действие коктейля ограничивается тем, что человек освобождается от того, что мешает ему.

Смит первый раз за все время посмотрел на Лонгтри внимательно, в уме собирая воедино обрывки информации о Пибоди и о двух других ликвидаторах террористов.

— Вина, ты сказал? Пропадает ощущение вины?

— Прощай, святая дева. Прощай, косец сена, — пропел толстяк-химик.

— Нет вины — нет этики — нет морали, — Смит глубоко вздохнул.

— Эй, кому нужна мораль в раю? Тут может пригодиться только фиговый листок, — рассмеялся Лонгтри.

— Как давно ты здесь находишься?

— Кто его знает? Кого это волнует?

— Ты не встречал здесь Пибоди?.. Возможно, он был с еще двумя мужчинами. — Харолд описал Орвилла.

Лонгтри подумал немного и затем сказал:

— Да, припоминаю. Кажется, он приехал из Огайо.

— Точно.

— Я не сталкивался с ним часто. Знаешь, я тут был занят, пробуя составные части коктейля в различных формах. Представляешь, его можно не только пить, но и курить, вводить в кровь. — Толстяк-химик знающе улыбнулся. — Только скажи, как тебе нравится. Конечно, инъекция не лучший вариант. Она сопровождается неприятными ощущениями, например, потерей сознания. Еще одна версия коктейля — газ. Хочешь попробовать?

— Нет, не хочу, — отказался Смит. — Здесь кто-нибудь общался с Пибоди?

— Я думаю, скорее всего Венар. Он помогает мне в работе. — Лонгтри гордо посмотрел на розовую ленточку. — Тебя еще не прикомандировали?

— Прикомандировали?

— Какой цвет твоего отдела — розовый, голубой, золотой?

— Я не понимаю, о чем ты говоришь.

— Так ты новичок? Ну тогда ты быстро выяснишь это. Цветные ленточки указывают на принадлежность к той или иной группе. Отделы, так их называют. Каждый отдел работает над определенной фазой Великого плана.

— Великого плана? — тупо повторил Смит.

— Великий план Абрахаса — с большой буквы.

— Абрахас? Он здесь? — остолбенел Харолд.

— Он, оно… Где бы ни находился Абрахас, Великий план — это его детище, а все мы — инструменты, — сказал Лонгтри благоговейно и посмотрел по сторонам. — Думаю, что правильно все объяснил.

— А что такое этот Великий план? — поинтересовался Смит.

— Никто точно не знает. План слишком сложен для человеческого разума, даже для суперинтеллектуалов, собравшихся здесь. Все, что мы знаем, — это конкретное задание наших отделов и фазу Великого плана, в которое она входит.

— И в какую фазу входит твой коктейль?

— Я — часть первой стадии, — гордо сказал Лонгтри. — Она называется — Единство. Задача моего отдела упрочить идеи Абрахаса на всей Земле.

— А Венар, твой помощник? Ты сказал, что он тоже часть этого?

— О, Венар — большая фигура в первой фазе плана. Твой друг Пибоди — его воспитанник.

— Ты, вероятно, хотел сказать его подчиненный. Разве Орвилл не был членом твоей группы?

— О, нет. Пибоди был никем. Таких сюда не приглашают. Здесь только «сливки». Как мы с тобой. — Он опять приложился к коктейлю. — Пибоди и еще двое были частью эксперимента Венара.

— Что за эксперимент?

— Спроси его сам. Он где-то здесь, такой высокий парень. Но что бы это ни было, будь уверен, все это на благо человечества. Именно этому посвящен план Абрахаса.

— Я объясню тебе, чем оборачивается этот план. Когда Пибоди и те двое мужчин покинули остров, они убили людей.

— Слушай, может, это было их предназначение. Расслабься. Выпей, — философствовал Лонгтри, жестом подзывая официанта с подносом.

— Извини, — сказал Смит и отошел.

Он решил, что Венаром может быть красивый шикарно одетый молодой человек, который ораторствовал в окружении восхищенных зрителей, потягивающих все тот же коктейль.

— Вы Венар? — осведомился Харолд.

— Хей-хей, — приветствовал Смита парень, яростно сотрясая ему руку. — Смотрите! Как дела, Кемосайб? Напомните, чтобы я дал вам адрес моего портного. Как поживает та маленькая женщина?

— Разве мы знакомы? — спросил Смит, поразившись переполнявшей Венара доброжелательности.

— Не знакомы?

— Я вас не знаю.

Венар усмехнулся, глядя на Смита.

— Тогда иди отсюда. У меня нет времени на мусор вроде тебя. Кроме того, твой костюм выглядит так, как будто ты купил его на помойке.

Все вокруг истерично засмеялись.

— Я хочу поговорить об Орвилле Пибоди.

— Пибоди? Какой Пибоди? — с этими словами Венар ущипнул молоденькую женщину, вызвав вскрик восторга.