Читаем Шелковые узы полностью

– Он действительно весьма приятный молодой человек, – сказала Анна, вспоминая мертвенно-бледное лицо и огромный кадык Чарльза.

– Я очень хочу услышать, как они провели время в Бате, – продолжила Сара, – удалось ли им познакомить Сюзанну с какими-нибудь достойными молодыми людьми. Интересно, общались ли они с мистером Гейнсборо по поводу портрета мистера Хинчлиффа? Не терпится узнать. Я даже подумываю нанять его, чтобы он написал портрет твоего дяди в костюме бейлифа.

Анна хорошо знала о репутации мистера Гейнсборо. Он рисовал портреты многих представителей мелкой аристократии, и она сомневалась, что тетя знала, сколько мастер берет за свою работу. Но подобная возможность заинтриговала Анну. Шанс познакомиться с известным художником или даже смотреть, как он работает, очень не хотелось упускать. Она видела репродукции его картин в журналах, и, хотя портреты ее не интересовали, изображение природы на заднем фоне, особенно деревьев и неба, было превосходным.

Сара продолжила читать письмо:

– «Я вспомнила интерес, который мисс Баттерфилд проявила к вопросам ботаники, и договорилась с мистером Эретом, что он посетит нас в то же время. Мы очень надеемся на хорошую погоду, ведь тогда мы все вместе сможем посмотреть на сад мистера Хинчлиффа». Чудесно! Я уверена, нам всем это очень понравится, – с сомнением в голосе заметила Сара.

Сердце Анны забилось быстрее от радости. Это же Георг Эрет, один из самых известных мастеров ботанической иллюстрации! И она сможет познакомиться с ним завтра. Анна с нетерпением ждала этой встречи.

* * *

На следующий день небо затянуло тучами и начал моросить мелкий дождь. Анна провела все утро, глядя на небо в надежде увидеть просвет. Ей было не по себе.

К счастью, когда приехала карета, погода улучшилась, сквозь тонкую вуаль тумана выглянуло солнце. Анна захватила с собой два альбома для рисования разных размеров и набор недавно заточенных карандашей. Даже Лиззи, тараторившая всю дорогу, не смогла испортить девушке настроение.

Мистер Эрет уже сидел в гостиной, когда они приехали. Это был высокий, худой мужчина среднего возраста с большим носом и пухлыми губами. Одет он был в черный пиджак и жилет, а на голове у него красовался тщательно напудренный парик. Анна заметила, что он обут в самые красивые туфли, которые она когда-либо видела.

Они вошли, и он резко встал, щелкнув пятками; в ответ на представление миссис Хинчлифф он коротко кивнул каждой даме по очереди, повторив с тяжелым акцентом:

– Рад, очень рад. Наша милая хозяйка сообщила мне, что вы тоже рисуете, мисс Баттерфилд, – заметил он. – И что вас интересуют иллюстрации с растениями.

– Я всего лишь учусь, сэр. Однако я видела ваши работы и очень рада познакомиться с вами лично.

– Не желаете ли сесть рядом со мной? – спросил он, указав пальцем место на диване. – Мы могли бы поговорить о рисовании. – Он посмотрел в окно. – И потом, если погода будет к нам благосклонна, сможем прогуляться и посмотреть на чудный сад мистера Хинчлиффа.

Их разговор прервала служанка, которая принесла чай и пирожные. Последовали новые предложения и вежливые отказы. Когда Анна и мистер Эрет умолкли, ее внимание привлек разговор с другой стороны стола, где болтали Сюзанна и Лиззи, казалось, они уже стали лучшими подругами. Лиззи засы́пала старшую девочку вопросами об отдыхе в Бате.

– На сколько танцев он тебя пригласил?

– На пять, включая последний.

– Должно быть, ты ему очень понравилась. Он красив?

– Высокий и худой, и у него такие темно-карие глаза. – Сюзанна понизила голос, бросив быстрый взгляд на мать, чтобы убедиться, что она не слышит. – Он служит в гвардии.

– Это те ребята, которые носят чудесные красные куртки?

Сюзанна, кивнув, густо покраснела.

– О, тебе повезло, – вздохнула Лиззи. – Жду не дождусь, когда мне исполнится восемнадцать.

– Ты должна поехать с нами в Бат в следующем году.

Лиззи посмотрела на Анну.

– А моя кузина может поехать с нами?

Сюзанна весело рассмеялась.

– Конечно! Так еще лучше. Вот это мы повеселимся!

Анна заставила себя улыбнуться. Судя по тому, что она слышала, летний сезон в Бате напоминал ярмарку, где матери демонстрируют дочерей потенциальным женихам. Так фермеры обычно показывают свой скот покупателям. Сама эта мысль наполнила ее ужасом.

Живой и легкий разговор Лиззи и Сюзанны, казалось, подчеркнул то, насколько они отличались от Анны. Их интересовали только мода, танцы и перспективные женихи, в то время как ее больше занимали серьезные вопросы искусства, литературы и того, как устроен мир вокруг. Она почувствовала себя там лишней.

* * *

Наконец с формальностями было покончено, и они вышли в сад, где их приветствовало яркое солнце. В последний момент Анна забыла альбом и карандаши в гостиной.