Позже, когда Лиззи крепко обнимала Анну и благодарила за помощь, девушка поняла, что наступил момент, когда можно поделиться с кузиной своим секретом. Она рассказала ей о письме, в котором Анри просил о встрече. Анна не могла отказать, потому что боялась показаться грубой, вот почему она и решила встретиться с ним после службы в церкви. Анна была готова и дальше помогать кузине с рисованием, пока ей не купят новое платье, если та согласится сопровождать ее в воскресенье в церковь и не расскажет никому о встрече с Анри.

Лиззи нехотя кивнула, заметив, что это очень неразумная затея.

* * *

Ночью Анна долго не могла заснуть. Она вспоминала события прошедшего дня, постоянно думая о том, что за вопрос Анри хотел обсудить с ней.

В конце концов она задремала, но в следующую секунду резко проснулась от громких криков на улице, пронзительного треска и звука бьющегося стекла. Девушка услышала резкий вскрик тети в ее спальне. Потом послышались голоса дяди и Уильяма, кто-то быстро спустился по лестнице.

Всмотревшись в темноту снаружи, Анна заметила, как незнакомые люди исчезли за углом дома. Трясущимися руками она зажгла свечу, натянула на плечи шаль и спустилась по деревянным ступенькам на третий этаж, где уже стояли тетя Сара и Лиззи. У девочки было бледное лицо, и она вся дрожала, а ее мать не находила себе места, время от времени перегибаясь через перила, чтобы крикнуть что-нибудь мужу.

– Вызови ночную стражу! Будь осторожен, Джозеф, они могут быть опасны. Ради всего святого, не выходи на улицу! – Схватившись за голову, она взвыла: – Боже мой, что же с нами будет?!

Они спустились на второй этаж и зажгли в гостиной все свечи, которые смогли найти, чтобы разогнать мрак, напряженно ожидая, чем все закончится, чутко прислушиваясь к звукам, доносившимся снаружи.

Наконец послышался веселый голос ночного стражника, разговаривавшего с Джозефом у входной двери.

– Не беспокойтесь, сэр. Мы скоро задержим мерзавцев. А теперь, пожалуйста, ступайте в дом и заприте все окна и двери. Я вернусь, как только у меня будут новости для вас.

Когда Джозеф вошел в гостиную, Анна заметила, что он прячет что-то в карман.

– Не о чем беспокоиться, дамы. Хвала небесам, у нас все окна закрыты ставнями, поэтому разбили только окошко над входной дверью. Уильям забьет его досками.

– Это из-за французского шелка, папа?

Тетя и дядя Анны переглянулись.

– Я не знаю, о чем ты говоришь, дорогая, но, если ты что-то слышала, хочу сказать тебе: все это гнусная ложь, – прогрохотал Джозеф. – Это просто глупое хулиганство, поэтому я не желаю больше, чтобы ты упоминала об этом. Ясно?

Анна всегда побаивалась дядю Джозефа из-за его властного отношения к окружающим и громкого голоса, но теперь, впервые со времени ее приезда, увидела, что его тоже можно ранить. Какие последствия этот случай возымеет для его предприятия? А для окружающих – его семьи и Анны?

Джозеф глубоко вздохнул и расправил плечи.

– Вам больше не о чем беспокоиться, дорогие мои, поэтому, я думаю, пора вернуться в ваши комнаты и лечь спать. Мы с Уильямом будем ждать ночных стражников.

* * *

На следующее утро, плохо выспавшись, Анна проснулась рано и первой спустилась к завтраку. Бетти, поставив на стол яйца и хлеб, пошла в кухню за сыром и холодными закусками. Когда Анна приблизилась к своему стулу, ее внимание привлек грязный листок бумаги, торчавший из-за свечи на полочке над камином. Листок сначала скомкали, а потом разгладили и сложили. Анна осторожно подошла к полке, готовая отвернуться, если кто-нибудь войдет в комнату. Она протянула руку и раскрыла листок. Слова, написанные большими буквами, испугали ее: ЭТО ЗА ТО, ЧТО ПРОДАЕШЬ КОНТРАБАНДНЫЙ ФРАНЦУЗСКИЙ ШЕЛК, СЭДЛЕР. ПРЕКРАТИ НЕМЕДЛЕННО, ИЛИ ТВОЙ ДОМ БУДЕТ СОЖЖЕН.

10

Жара шла на спад. С запада принесло тяжелые серо-фиолетовые тучи, которые впервые за несколько недель закрыли безжалостное солнце. Очень скоро Анри услышал раскаты грома. Гроза приближалась с каждой минутой быстрее. Наконец грохот небесной канонады начал раздаваться прямо над головами ткачей. Хлынул ливень. Вода так громко барабанила по крыше, что разговаривать стало невозможно, приходилось постоянно кричать.