Читаем Шелепин полностью

В 1954 году Шелепина избрали депутатом Верховного Совета СССР (депутатский значок был положен ему по должности). На следующий год включили в состав комиссии, которая готовила предложения по борьбе с уголовной преступностью. В комиссию вошли министр внутренних дел Сергей Никифорович Круглов, первый заместитель заведующего отделом административных органов ЦК КПСС Валентин Васильевич Золотухин, министр юстиции Константин Петрович Горшенин, первый секретарь Московского обкома Иван Васильевич Капитонов, первый заместитель председателя КГБ генерал-майор Константин Федорович Лунев, генеральный прокурор Роман Андреевич Руденко, начальник московской милиции генерал-лейтенант Василий Степанович Рясной, первый секретарь Московского горкома Екатерина Алексеевна Фурцева…

24 августа комиссия передала в ЦК проект письма всем партийным организациям – «О серьезных недостатках в воспитании детей». Для тревоги были основания: более половины привлеченных к уголовной ответственности в стране составляла молодежь в возрасте до двадцати пяти лет.

В документе, под которым поставил подпись Шелепин, говорилось:

«ЦК КПСС считает недопустимым, когда в семьях некоторых руководящих работников партийного, советского и хозяйственного аппарата, видных представителей науки, литературы, искусства дети плохо учатся и плохо ведут себя. Отдельные из таких родителей чрезмерно балуют дома детей, покупают им дорогие подарки: шелковые платья, часы, ценные вещи, подвозят в школу на служебных машинах, дают школьникам большие карманные деньги. Это наносит вред воспитанию подростков. Многие из них начинают пить, курить и безобразничать.

Воспитание ребенка в семье – не частное, не личное дело родителей. ЦК КПСС требует, чтобы вопросы воспитания подрастающего поколения, ответственности родителей за поведение своих детей постоянно были в центре внимания каждой партийной организации».

На президиуме ЦК зачитали проект письма и решили подготовить более объемный документ «Об усилении воспитательной работы среди молодежи и всех трудящихся».

Через год, в августе 1956-го, на президиуме ЦК рассматривали вопрос «об усилении борьбы с антиобщественными, паразитическими элементами и приобщении к труду кочующих цыган». Заведующий общим отделом ЦК Владимир Никифорович Малин, как обычно, коротко записал принятые на заседании решения:

«Шире поставить вопрос.

Опубликовать от президиума Верховного Совета обращение, вынести на обсуждение народа.

Разобраться (т. Руденко), почему не используем закон в борьбе с бродяжничеством цыган. Указать прокурору, МВД – не следят, поощряют бродяжничество.

Принять предложение т. Хрущева об обсуждении проекта закона о борьбе с антиобщественными элементами. Срок – месяц.

О цыганах решить отдельно. Срок три дня.

Поручить комиссии в составе: Руденко, Дудоров, Серов, Золотухин, Гришин, Шелепин».

Виктора Васильевича Гришина только что утвердили председателем ВЦСПС, Николай Павлович Дудоров был министром внутренних дел, Иван Александрович Серов – председателем КГБ. Шелепина включили в комиссию, зная его активность и напористость. Комиссия подготовила проекты постановления правительства и указа президиума Верховного Совета СССР «О приобщении к труду цыган, занимающихся бродяжничеством». 2 октября оба документа были приняты.

Шелепин продолжал интересоваться положением в профессиональном спорте. В июле 1955 года он обратился с запиской в ЦК партии, недовольный проигрышем советских сборных по волейболу и баскетболу на первенстве Европы:

«До сих пор советские волейболисты и волейболистки считались сильнейшими в Европе и мире; баскетболисты – сильнейшими в Европе.

В чем же причины такого поражения советских спортсменов? Основная причина заключается в неудовлетворительном руководстве этими видами спорта Комитетом по физкультуре и спорту и его Управлением спортивных игр.

ЦК ВЛКСМ неоднократно высказывал Комитету по физкультуре и спорту о неблагополучном положении в этих видах спорта, о недостатках в подборе состава команд и тренеров. Комитет не прислушался к мнению ЦК ВЛКСМ.»

Шелепину как руководителю комсомола поручили заняться воспитательной работой среди грузинской молодежи. Каждый год 5 марта в Грузии устраивались митинги, к памятникам Сталину возлагались цветы, дети читали стихи об ушедшем вожде. Такие же мероприятия намечалось провести и в 1956-м. Но в феврале состоялся ХХ съезд. 25 февраля, в последний день, когда съезд уже фактически закончил работу и уже был избран новый состав ЦК, на закрытом заседании Хрущев произнес свою знаменитую речь о сталинских преступлениях.

Это означало, что официальное отношение к усопшему вождю должно быть пересмотрено. О выступлении Хрущева знали только делегаты съезда. Прежде чем доклад начали читать в партийных организациях, Грузия, до которой дошли разговоры о том, что Хрущев на съезде осудил Сталина, взбунтовалась.