Читаем Шейх Мансур полностью

6 июля в пятом часу утра отряд Пиери достиг Сунжи. Не доходя до леса, который вплотную подступал к реке, в двух верстах от переправы солдаты сформировали из связанных телег вагенбург, где был оставлен обоз под прикрытием 400 мушкетеров Астраханского полка с двумя пушками под командованием капитана Шуринова. В то время когда отряд Пиери подходил к Сунже, он был замечен жителями Алхан-Юрта или Алхановой деревни. Этот чеченский аул был расположен на правом берегу Сунжи, в трех верстах выше аула Алды. Вскоре между отрядом Пиери и жителями Алхан-Юрта завязалась перестрелка. Отстреливаясь от горцев, отряд полковника Пиери в составе Кабардинского егерского батальона, двух гренадерских рот Астраханского пехотного полка, а также двух пушек со снарядами в повозке приблизился к переправе через Сунжу.

В отряде Пиери находился со своей командой и полковник Василий Степанович Томара. В рапорте на имя генерал-поручика Леонтьева, составленном по окончании экспедиции, он отмечал: «Началась перестрелка у реки и в вагенбурге позади нас. Чеченцы с самого началу прибытия отряда к Сунже покушались завладеть проходом нашим из лесу. Так с 5 до 11 часов беспрестанно они с нами перестреливались и стали гораздо умножаться». Очевидно, жители Алхан-Юрта послали за помощью в Алды, откуда к месту боя начали прибывать добровольцы. О том, где находился в это время Мансур, ничего не известно — возможно, он, как обычно, молился в своем погребе. Но следующие часы показали, что надежда застать шейха врасплох была напрасной. Мгновенно оценив обстановку, он взял на себя руководство сражением и сделал все, чтобы оно окончилось победой. Есть и другая версия — что он знал о готовящейся операции по своему захвату и даже провоцировал ее, через верных ему информаторов убеждая русское командование в том, что он не готов к нападению. Кроме того, он разработал систему оповещения на случай появления войск, которая оказалась весьма эффективной.

По прибытии к переправе полковник Пиери приказал Кабардинскому егерскому батальону переправляться через Сунжу. Первой на другой берег реки перешла вторая рота батальона во главе с капитаном Зверевым и адъютантом Деклесом. Следом стали переходить другие роты Кабардинского егерского батальона. 2-й и 5-й ротам батальона приказано было занять позицию у дороги с правой стороны леса, 3-й и 4-й — по левую сторону леса, открывая тем самым возможность отряду Пиери двигаться вперед. 1-я и 6-я роты оставлены были у переправы в резерве.

До тех пор пока полковник Пиери с двумя пушками и гренадерскими ротами Астраханского пехотного полка не переправился через Сунжу, все перечисленные выше роты Кабардинского егерского батальона оставались на своих позициях. Гренадерские же роты Томского полка были оставлены на левом берегу для прикрытия переправы со стороны Алхан-Юрта. С приближением отряда к переправе перестрелка усилилась, и завязался настоящий бой. Полковник Пиери вынужден был внести некоторые коррективы в ранее разработанный план. Так, решено было оставить недалеко от переправы через Сунжу для ее прикрытия мушкетерские роты Астраханского полка под начальством полковника Томара. В случае осложнений в ходе операции полковник должен был отправить вслед за Пиери в Алдынскую деревню всех свободных солдат. Часть отряда Пиери в количестве 160 солдат Астраханского полка должна была следовать впереди команды с правого и левого флангов, прикрывая основной отряд.

С первых шагов подробно разработанный план алдынской операции начал рушиться. Главным его пунктом было застать жителей деревни врасплох и воспользоваться всеми преимуществами внезапного нападения. Только это делало возможным без большого кровопролития захватить в плен Мансура со всеми его единомышленниками. Уже на переправе через Сунжу стало ясно, что этот главный пункт оказался невыполнимым. Только кабинетные стратеги могли предположить, что горцы, бывшие прекрасными охотниками и прирожденными воинами, окажутся столь беспечны, что проспят приход в свое селение большого отряда русских войск, и настолько трусливы, что не окажут ему сопротивления.